Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 65 – Мария Вельская

Жёсткие ладони подхватили, прижимая спиной к дереву. Кора царапала кожу, но мне было наплевать. Все, что сейчас передо мной было — это худое белое лицо с яркими черными глазами. Голод на двоих. Его руки на моей спине. Рык. Шёпот.

Энергаты не способны на страсть? Глупости. Слабость охватила всё тело. Он пил меня — и отдавал себя взамен. Впервые энергат отдавал себя.

Наши души смешались, магия древнего амианта исцеляла раны души и тела, уничтожала враждебную силу. Текли минуты, а мы, как безумцы, вели эта странную, страстную войну, в которой не могло быть победителя. Я не собиралась сдаваться. Мориан — не отступал.

— Моршер-р, не Мор-риан, — рык над ухом. Прикусил шею? Мне? Ах, негодяй, а ещё? — называй меня настоящим именем.

Он ведь уже... говорил? Да?

Безумие разделенное на двоих, запах крови и трав, и ощущение, что только здесь и сейчас я становлюсь цельной.

Это сумасшествие. Этого не должно быть, но... Мои губы нашли жёсткие и сухие — его. Прикусили. Облизнули. Пальцы дёрнули длинные пряди волос. Это всё для меня — как впервые. Только холод подкрадывался всё ближе, а слабость становилась всё сильнее, пока в разум не прокрался обеспокоенный шёпот:

— Достаточно!

И истошный визг Ишти:

— Мор, хватит жрать нашу невесту, мне ещё тебя женить!

Реальность резко вернулась.

Нахлынула усталость, закружилась голова. Я вынырнула из зыбкого марева, моргнула.

Голова была одновременно тяжёлой — и безумно лёгкой. По пальцам прошла дрожь. Руки покрывала сетка черных вен до локтя и выше — рукав платья был распорот, и видно всё было прекрасно.

И светлую кожу с лёгким оттенком зелени, и россыпь темных смешных родинок у локтя. И пульсирующую внутри меня магию.

Я не сразу осознала, что лежу, привалившись крепко к чужому телу. Прохладная ладонь покоилась на моём плече, обнимая всё более цепко.

— Хорош-шо, — прошептала довольная тварь, — не думал, что мош-шет быть так хорош-шо. Пить тебя, твои чувства и эмоции — в этом есть что-то почти противоестественное, но слишком нужное, чтобы от этого отказаться, Льяна Тархи.

Черные холодные глаза мерцали. Лицо Мориана неуловимо изменилось, становясь ещё немного жёстче, старше, острее.

— Наелись хотя бы? — Усмехнулась, чувствуя, что губы дрожат. — Как себя чувствуете?

А я ведь испугалась. Дурно, лесса Льяна. Очень дурно. Я никогда не боялась так ни за кого, кроме отца. До иголок под сердцем, ледяной глыбы в груди и готовности уничтожить любое препятствие.

— Да и ты... наелась, шип мой, — тварь-лорд казался расслабленным и довольным. Острый коготь рисовал какой-то узор на моём плече, — а чувствую я себя прекрасно. Лучш-ше, чем когда-либо, — мой подбородок обхватили острые когти. Задрали голову вверх.

Я застыла, глядя в драконьи очи. Чернота мешалась с синевой, а радужку глаз рассекал вертикальный зрачок. Страха не было, хотя я его почти ждала.

— Вы дракон? Значит, слухи о роде Кайто не врут? Или это свойство, — я запнулась, но договорила, — вашей души?

Было неловко и хотелось подняться. Находиться в таком вот положении было неуютно. Слишком близко. Все чувства нараспашку.

— Кайариато, — древний драконий род. Но они забыли о своем предназначении и выродились. Возможно, даже то, что я оказался в теле этого мальчика, стал им — всё это было предназначено судьбой и начертано на скрижалях тьмы, — тонкие губы дрогнули.