Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 64 – Мария Вельская

Мир вращался вокруг нас, искра дара древнего амианта Тария разгоралась во мне всё ярче, мешаясь с тьмой энергата. Белое с чёрным. Огонь со льдом.

Где-то во тьме смеялись алые глаза древнего бога.

Есть только один шанс. Я никогда не просила о помощи — вот так.

— Владыка лесов и полей, тьма от тени, росток от ветки, лист от дерева. Король пущ древних и тварей лесных, прошу, даруй дочери рода, так славно тебе служившего, удачу фэйри!

Легендарный дар. Он даровался раз в сотни лет — и лишь на один миг. Но имея его, можно было сотворить любое чудо. Жаль, что мой предок истратил свой шанс раньше, чем попал в плен.

— Дитя... Я прошу за это дитя, Отец и Владыка, — шёпот.

Строгое лицо Ллиатароэна спокойно. Он и в посмертии готов служить своему миру и своим владыкам.

Лицо Мора исказилось. На миг в глазах Кайто отразилось изумление — от собственной слабости. И ярость. Такие человеческие эмоции.

Пожухла трава. Ветер сыпанул пыль, заскрипела ограда кладбища.

— Тебе, сын мой, — шепнули белоснежные цветы у подножия дерева-трона, — по просьбе твоей.

— Я не останусь в долгу, — ответила, зная, что не могу иначе. Голос и власть Зелёного Владыки было ни с чем не спутать. Рассыпались шелковым ковром от моих рук незнакомые травы.

На миг я оказалась былинкой в вихре урагана чужой силы. Меня несло, швыряло, крутило. Меня захлестывало с головой.

Руки дёрнулись сами. Резко. С противным хлюпом наконечник выскочил из раны, и к ней тут же ринулись незнакомые темно-зеленые ленты растений. Запищали фиолетовые венчики.

— Верни мне сына, моё маленькое дитя. И мы сочтемся, — засмеялся ветер голосом великого Актариэна.

Сына? Какого ещё сы?.. Тихий стон флейты. Алые волосы на ветру. Тонкие черты лица. И взгляд — безмятежный, безгранично нежный. Рука на клинке, негромкий стальной голос и уверенная поступь. Мой предок. Мой призрак. Ллиатароэн Шаан'Соэн. Как я сразу не заметила? Он же похож. Очень похож на Владыку Актариэна. Он сразу мне его напомнил! — Отец... - возмущенный шелест ветра. Я ведь не некромант, вашу тварь за ногу, воскрешать не умею! Но за жизнь Моршерра никакая плата не будет большой. Актариэн не предложил бы мне невыполнимого. Душа сжалась. Сердце юркнуло в пятки. И я кивнула, соглашаясь на сделку. Застонал Кайто. Пролились на землю капельки воды.

— Ити-митить, тваревы тапочки, шо деется! — Вопль мыша.

Алые волосы призрака. Его ладонь на моей голове. Она утешала, придавала сил. Он всё понимал, Ллиатароэн-полукровка...

Платок стёр кровь с груди Мора.

Рана зарастала на глазах. Но, самое главное, чернота уходила из тела. Растения рассы́пались прахом у нас на глазах.

А Моршерр Декерет с безумной чернотой во взгляде жадно повёл носом в воздухе.

Я застыла. Замерла под этим нечеловеческим, пожирающим взглядом. И не успела ничего предпринять, как мужчина шагнул вперёд, обхватил ладонью мой затылок — и впился в губы. В вены вошёл холод. Резко. Болезненно освежающе. Моя магия хлынула ему навстречу, мерцая зелёными искрами.

— Актариэн! Нашел, где примазаться, — зло оскалился Моршерр.

Я мстительно укусила тварь-лорда за язык. И губу. Я леди, я... случайно!

Кровь взорвалась тягучим шампанским. Мир перевернулся. Когтистая ладонь потянула рукав с плеча. Когти очертили едва заметные красные полоски на плече. Во рту было сухо. Воздуха не хватало.