Книга Сложности любви чешуйчатых гадов-2. Любовь для Палача, страница 161 – Мария Вельская

Я жадно впитала его тьму, ощутив голод.

— Ты принял меня, зная, кто я. Зная, что я никогда не отступлюсь от отца, который едва не уничтожил всё, чем дорожишь ты. Зная, что я скорее погибну, чем прогнусь. Видя мою душу. Видя все её изъяны, всю ненависть, что стояла между нами — ты принял меня, — нашими волосами беззвучно играл ветер.

— Ты не считала меня монстром. Не больше, чем всех прочих тварей. Это вдохновляло, — тихий смешок, — а теперь... да, я спас жизнь твоему отцу. Но тебе придется подчиняться законам тварей. Это хороший размен, неправда ли?

В черных глазах мерцали синие искры.

— Очень хороший. И я на него не в обиде. Я слишком долго ощущала себя... — я не договорила.

Он и так знал. Чужой. Куклой. Лишней. Неправильной. Неживой.

— Ты энергат. И сидхе, пусть они подавятся своими холмами, — усмехнулся Моршерр.

Он молча прижал меня к себе, заставляя ощутить всего себя. Рядом. Близко. Мы врастали друг в друга.

— Я Шаан'Соэн, — согласилась, видя словно наяву, как поет горн над холмами и развеваются стяги, — но прежде всего — я твоя жена. И этого никто никогда не забудет.

Его интересы — на первом месте. Иначе и быть не может.

Конечно, он понял.

— Ты невероятна, Льяна Шаан'Соэн, — поземкой, змеёй заскользил голос.

— Мор!

Он подхватил меня на руки и двинулся вперёд, во тьму.

Молчаливо. Спокойно. Мы оба растратили много ярких чувств. Бесценных для энергатов. И теперь душу охватывал ленивый покой.

До тех пор, пока впереди не забрезжило что-то яркое.

Я отвлеклась от знака нашей связи, который Моршерр прятал под волосами. Он расцвел прямо над его ухом, почти у виска. Маленький полузакрытый бутон шае.

Надо будет всё-таки спросить у Мора, что за рисунок притаился на моей пояснице... Слишком пристально он её изучал. И слишком много внимания ей уделил. Я помнила, как горело и жгло кожу несколько дней. А потом всё исчезло — и я просто об этом забыла. А ведь на Дагоше ничего не случается просто так.

Впрочем...

— Пришли, — раздался спокойный голос Моршерра.

Я вскинула голову — и замерла, задохнувшись от восторга.

— Волшебно, — сорвалось с губ хриплое.

Действительно — волшебно. По телу прошла дрожь. Дикая, неистовая, яростная суть подняла голову. Изо рта вырвался тихий мелодичный свист.

Остров во тьме. Не знаю, как назвать это иначе. Тонкий мостик из густой вязкой тьмы с искрами огоньков вел вперёд, к скалистому уступу. Темные пики скал вздымались в никуда, а сверху с них — в ничто — обрушивались пламенные сверкающие водопады, плюясь и шипя лавой.

Один из таких водопадов обрушивался в озеро. Обманчиво ровная его гладь переливалась огоньками и игриво сверкала разноцветными "мыльными" пузырями. Иногда из воды вылетали летучие рыбы — длинные, с острыми умными мордами, выпуклыми светлыми глазами и яркой жёлтой чешуей. Их крылья переливались в свете водопада.

Во тьме сверкала пещера. Её отсюда было почти не видно — только тонкое серебро паучьих кружев свисало причудливым украшением.

— Ты ещё слишком юна, чтобы выдержать давление огненных потоков. Но лет через пятьсот мы сможем искупаться здесь вместе, — подбородок Мора лёг мне на плечо.

Меня легко куснули под волосами.

А потом...

Моршерр обошёл меня. Тьма стекла с его фигуры, обнажая белую кожу спины, сильные мышцы и несколько тонких шрамов. Он разбежался — и под мой тихий вздох прыгнул в озеро, вынырнув через мгновение.