Онлайн книга «Змеелов. Гадючий остров»
|
— Ну? Нравится? – выдохнул Змеелов над самым ухом. Завороженная, Ирга и забыла, что тот сжимает ей локти. А от красоты, что творилась вокруг, становилось все равно, что колдун до боли притискивает ее к своей костлявой груди. Она выдохнула: — Да-а-а… И сразу поняла, что Змеелов ждал иного ответа. Он развернул ее к себе лицом и встряхнул: — Ты что, дура, незрячая? Неужто не видишь?! То, что творило с мертвецом его Безлюдье, всяко было не для девичьих глаз. Трясина рвала тело на куски, обгладывала до костей. А всего страшнее было то, что норовила откусить кусок и от мостков, на которых, как на спасительном плоту, стояли колдун и колдовка. — Да ты сам на второй глаз ослеп! Оглянись! – улыбнулась Ирга. На том месте, где тело погрузилось в золотое озеро, вода никак не успокаивалась. Она закрутилась воронкой и достала до самого дна, наверняка таящего еще множество тайн. И оттуда, из глубины, выросло дерево. В Людье деревья были черными и нагими, здесь же на каждом звенела листва. Дерево Костыля вышло поплоше многих, и уж точно ему далеко было до величественного дуба, что отмечал могилу Айры. Но все же несчастной Блаже, приди она в себя хоть на мгновение, не было бы стыдно за сына. В изумлении Змеелов открыл рот: — Ты что же, видишь… иное? Волшебство развеялось, стоило повернуться к брезгливой гримасе колдуна. Мир стал прежним, и Ирга с ним вместе привычно насупилась: — Я-то все правильно видела. А вот что ты разглядел своим единственным глазом, не знаю. — Оно обмануло тебя! – Кажется, догадка немало порадовала Змеелова. – Ты не знакома с Безлюдьем, и оно показалось тебе красивым! Оно обмануло тебя, чтобы заманить! — Зачем меня заманивать? Я ведь и так здесь. — Я… – Колдун не на шутку растерялся. – Я узнаю это позднее. Ирга потерла саднящие локти: кажется, на них в самом деле останутся синяки, так крепко ворожей прижимал ее к себе. — Или, – сказала она, – Безлюдье врало тебе, а мне показалось настоящим. — Зачем ему мне врать? — Не знаю. – Она легкомысленно пожала плечами. – Может, потому что ты дурак? На вот. Из сумы девка достала тряпицу. Развернула. Внутри нашлось два куска хлеба и копченая рыба. Следом отыскался и бурдючок с клюквенной настойкой. Ее Ирга перво-наперво плеснула в мох, а половину хлеба протянула колдуну: — Ну, бери, что замер? После сделки с Безлюдьем Змеелов не привык отказываться от еды, ведь теперь точно знал, что она способна спасти жизнь. Но все же подозрительно спросил: — Зачем это? Ирга пригубила настойку: — Помянуть… * * * Всего больше Василек сызмальства ненавидел сидеть без дела. Айра нарадоваться не могла и все хвалилась подружкам, какой помощник растет и какой с годами выйдет добрый жених. Другой на его месте стал бы горделив без меры, а Вас только злился. Может, оттого, что кудахчущие старухи норовили то одобрительно за щеку ущипнуть, то свою внучку за него, десятилетку, сосватать. А может, оттого, что, стоило присесть, в голове мошкарой начинали зудеть мысли. И от мыслей тех делалось так горько и пакостно, что хоть на стену лезь! Матери Василь почти что не помнил. Странное дело, ведь они с сестрой одногодки, но Ирга и колыбельные ее не забыла, и вечно печальную улыбку, и глаза – зеленые, как листва весенняя. А Василь вот забыл… Да и хотел ли вспоминать? |