Онлайн книга «Змеелов. Гадючий остров»
|
Как и сам Гадючий Яр, Ирга удивляла Змеелова. Она не кривилась и не морщилась ни утром, готовя мертвеца к захоронению, обмывая его и закутывая тканью вспоротую грудь, ни сейчас, расправляя, насколько можно, искореженное тело. Будь у колдуна больше времени, он обучил бы ее по-настоящему. И лягушонок мог бы превратиться не в деревенскую колдовку, а в настоящее чудо, каковых в Срединных землях по пальцам сосчитать… Но времени у Змеелова не было. — Там, где я вырос, покойников сжигают, – сказал он и с нажимом добавил: – И только так правильно! — Поучи меня еще, как у меня дома людей хоронить, – зло отозвалась Ирга, и колдун одобрительно улыбнулся: да, колдовка вышла бы знатная! — Ладно уж. Чем помочь? Она взялась за ноги, он – за плечи покойника. Вместе Ирга и Змеелов перетащили его на мох. И тут-то вздыбившаяся дощечка показалась колдуну детской шуткой, не более. Под тонким одеялом мха была трясина. Будто пешком по воде пошел – уже приятного мало. Но куда хуже было то, что от той воды несло Безлюдьем. Лишь однажды колдун оказался так близко к миру нечисти. И в тот раз оставил в откуп глаз. – Дай… Помоги… Мне… нужно что-то… Что-то, чтобы не было так больно… Он не шел даже, а полз. Ран на теле мужчины хватало, но ни одна из них не кровоточила, как та, что он сам нанес себе. Та, что глазами было не углядеть. Прежде он не держал меча. Да и ныне навряд понимал, что пальцы так и сжимают ледяную рукоять. Клинок царапал острием землю и оставлял за собой алые бусины слез. Он пришел к Безлюдью, потому что больше не к кому было прийти. Не зря врут деды: из чащи, гор и болота нет возврата. А он и не собирался возвращаться. Уж точно не тем, кем вошел в темный лес. – Ответь мне… – Он сначала хрипел и шептал, как безумный, а потом вскинул лицо к исцарапанному лохматыми ветками небу и закричал: – Ответь! И Лес ответил. Лес отвечал всем, кто звал его, да не каждый слышал. Тот, кто пришел в чащу умирать, услышал. – Дай мне… что-нибудь. Хоть что-то! – взмолился мужчина. – Больно! Я не могу… Не хочу… так. Он в который раз заскреб ногтями по груди, но выдрать то, что так мучило его, не мог. Тьма наползала со всех сторон. «О чем просишь, человек?» А человек и сам не ведал. Остановить кровоточащее сердце? Заглушить крик, что так и стоял в ушах? Отсечь руку, что нанесла удар? Забыть то, что разделило жизнь на до и после? Он встал на колени. Пальцы бессильно разжались, выпуская рукоять, и лезвие сверкнуло в свете ярких, каких не бывает в Людье, звезд. – Я хочу убить всех их. Чтобы больше никто… Чтобы никому не пришлось сотворить то, что сделал я. Дай мне… силу. Силу, чтобы убить всех змеевиц. Сделай меня Змееловом. Чаща качнулась ему навстречу. Кивая? Жалея? А может, чая обнять? Мужчина снова взялся за меч и поднес его к лицу: – Я готов платить. — Вы никак ополоумели?! Колдун отскочил обратно на мостки прежде, чем договорил. Наваждение пропало: теперь болото казалось самым обыкновенным. А Ирга стояла босыми ступнями на мху, глядела на него как на полоумного и ведать не ведала, что за сила таится за тонкой мягкой границей под ее ногами. — А ты ходи осторожно, чтобы мох не надорвать. Тогда не провалишься, – спокойно велела она. – Без сапог оно сподручнее, потому их и впрямь лучше снять. |