Книга Отвергнутая целительница. Ошибка драконьего лорда, страница 27 – Ангелина Сантос

— Потому что вы спасли мне жизнь.

— Я уже включила это в счет.

— И жизнь моих людей.

— Их счета отдельные.

— Адель…

— Госпожа Вейра.

— Госпожа Вейра, — повторил он, чувствуя, как каждое слово царапает горло не хуже проклятия. — Деньги — меньшее, что я могу дать.

На этот раз она улыбнулась.

Плохо.

Не тепло.

Не радостно.

Так улыбаются люди, которые слишком хорошо знают цену красивым фразам.

— Не переживайте, лорд Рейнар. Большее я от вас больше не принимаю.

Тишина после ее слов стала тяжелой.

Он знал, куда она ударила.

И она знала.

Три года назад он дал ей знак защиты. Не признание. Не обещание. Не место рядом с собой. Просто браслет. Достаточно, чтобы привязать надеждой, недостаточно, чтобы защитить от унижения.

Потом забрал и это.

Нет.

Она вернула сама.

Ему захотелось сказать, что он хранил браслет.

Безумное желание.

Глупое.

Жестокое.

Зачем ей знать? Чтобы что? Чтобы понять, что он страдал? Что сожалел? Что иногда доставал тонкий обруч черного золота из ящика стола и смотрел на него, как на доказательство собственной трусости?

Это не исправило бы ничего.

— Я не прошу принять, — сказал он. — Только не отказывайтесь от оплаты.

— От оплаты я никогда не отказываюсь.

— Заметил.

— Хорошо. Значит, голова работает. Это радует.

Она снова подошла к нему и без предупреждения начала проверять повязку на груди.

Рейнар вдохнул слишком резко.

Она подняла бровь.

— Больно?

— Нет.

— Вы очень упрямы.

— Вы стали очень язвительны.

— Профессиональная деформация. Пациенты редко вдохновляют на нежность.

Ее пальцы скользнули по краю бинта, и Рейнар почувствовал, как внутри дернулся дракон.

Не яростью.

Узнаванием.

Он потянулся к ней.

Глубоко, почти беззвучно, но так сильно, что Рейнар на секунду потерял контроль над дыханием. Разорванная связь отозвалась болезненным теплом. Не восстановилась — нет. Она была изорвана, сожжена, искалечена. Но жива.

И дракон помнил.

Адель отдернула руку.

Не резко, но достаточно быстро.

— Не делайте так.

Рейнар смотрел на нее.

— Я ничего не сделал.

— Ваш дракон сделал.

Он молчал.

Она взяла чистую повязку.

— Если он будет тянуться через связь, восстановление осложнится.

— Связи нет.

Адель остановилась.

Медленно повернула голову.

— Правда?

Одно слово.

И в нем было столько холода, что даже его ослабленное пламя отступило.

Рейнар понял ошибку сразу.

Связи нет.

Как удобно.

Как похоже на него прежнего.

Назвать живую боль несуществующей, потому что так проще держать лицо.

— Я хотел сказать, — произнес он тише, — она разорвана.

— Вы хотели сказать именно то, что сказали.

— Адель…

— Не надо.

Она выпрямилась.

— Я ваш целитель. Не исповедник, не должник и не женщина из прошлого, с которой можно говорить, пока вам скучно лежать. Мы будем обсуждать только лечение.

— А если я хочу обсудить другое?

— Значит, вам станет больнее. Я умею менять повязки без обезболивания.

Рейнар почти поверил, что она сделает это.

Нет.

Не почти.

Сделает.

Он впервые за много лет не знал, как победить в разговоре.

Солдаты подчинялись приказам. Лорды — силе. Советники — расчету. Враги — страху. Женщины при дворе — правилам игры, которые он знал лучше большинства.

Адель не играла.

Она просто стояла рядом с его кроватью и держала в руках чистый бинт, а он не мог даже сесть без ее разрешения.