Книга Развод с драконом, или попаданка в теле истинной, страница 61 – Настя Савельева

— А если мы проиграем?

— Тогда он сожжет здесь все дотла. И меня — в первую очередь. Я слишком много знаю о его методах, и я ему больше не нужна.

Задумчиво скрещиваю руки на груди. В поступке Ариэлы есть отчаянная, животная логика.

— Чего конкретно ты хочешь в обмен на информацию? И что именно можешь предложить?

В ее глазах вспыхивает судорожный проблеск надежды.

— Я знаю слабые звенья в его магической цепи. Знаю, где конкретно будут стоять боевые тройки, какие плетения они используют первыми. Я могу сдать всё. Всю его расстановку. — Ариэла судорожно вздыхает. — А взамен... просто позвольте мне исчезнуть. Дайте лошадь, скромные припасы, немного золота и гарантию, что меня не станут преследовать. Я не прошу прощения. Не строю иллюзий. Я прошу только шанс начать все с чистого листа. Где-нибудь очень далеко отсюда.

Смотрю на нее долгим, оценивающим взглядом. Она не лжет. Ее отчаяние слишком осязаемо, слишком горько, чтобы оказаться искусной игрой.

— Я поговорю с Игнаром, — наконец отвечаю, чеканя каждое слово.

— Он не согласится. Он убьет меня на месте, — Ариэла бледнеет так, что становится похожа на призрака.

— Согласится, — я разворачиваюсь к выходу. — Если я обосную ему, почему это необходимо. Но запомни одно, Ариэла. Меня не интересуют твои слезы. Если твои слова — ловушка, и из-за них погибнет хоть один наш человек… ты видела, на что способен Игнар. И поверь, я в защите того, что мне дорого, буду куда безжалостнее.

Она судорожно сглатывает, опуская взгляд.

— Жди здесь. И не вздумай делать резких движений.

Выйдя в прохладный коридор, я почти сталкиваюсь с Линдой. Женщина стоит, прислонившись к каменной кладке, скрестив руки на груди. Лицо ее непроницаемо.

— Я слышала каждое слово, миледи, — произносит без предисловий. — Будем откровенны, вы верите этой змее?

— Я верю не ей, Линда, — прикрываю глаза, чувствуя, как начинает пульсировать кровь в висках от нервного напряжения. — Я верю ее ужасу. Я видела такой взгляд раньше. В моем мире, в хосписах, когда люди осознают неизбежность конца и цепляются за соломинку.

— Умирают по-разному, миледи. Враг может врать до последнего вдоха.

— Да. Но страх смерти, когда тебе есть кого защищать, всегда выглядит одинаково.

Линда смотрит на меня с промелькнувшей тенью глубокого уважения.

— Что скажете лорду Игнару?

— Выложу все как есть.

* * *

Игнар находит меня в библиотеке спустя полчаса.

Он не входит, а врывается, как ураган. От него пахнет морозным ветром, оружейным маслом и яростью. Глаза полыхают опасным, нечеловеческим золотом, желваки нервно перекатываются на скулах.

— Ты говорила с ней?! Одна? Без стражи в комнате?! — он оказывается рядом в два широких шага, схватив меня за плечи, жестко, но не причиняя боли. — Лена, ты в своем уме? Она могла пронести яд! Могла использовать скрытый артефакт смертника!

— Не могла, — спокойно накрываю его напряженные руки своими, мягко поглаживая костяшки. В отличие от его импульсивности, внутри меня сейчас лишь холодный расчет. — Отпусти, пожалуйста. Она пришла не за моей головой. Она пришла торговаться за свою жизнь.

— Ариэла? Торговаться? — он издает короткий, лающий смешок, в котором нет ничего, кроме горечи. — Ты не понимаешь, во что лезешь. Эта женщина три года делила со мной постель, заглядывала в глаза и клялась в верности, тайно составляя донесения для ублюдка, который мечтает меня уничтожить!