Книга Танцующая для дракона. Небо на двоих, страница 232 – Марина Эльденберт

Когда я об этом узнала, мне захотелось пойти помыться. Мне даже сейчас, если честно, хотелось пойти помыться, но я заставляла себя сидеть на стуле и смотреть на нее. Бэрри, чувствуя мое настроение, утробно вирчала.

— Джерман не знает, что я здесь, – сказала она наконец. Спустя очень долгое молчание.

— Разумеется, не знает. Он знать вас не хочет, и в этом вопросе я полностью с ним солидарна.

У нее были безупречные черты: красивая, холеная женщина, если поставить рядом ее и Гроу, становилось понятно, откуда он такой взялся. Такой смуглый и темноволосый, с глубоко посаженными карими глазами. Вот за это мне особенно хотелось сделать ей побольнее, и, кажется, сейчас мне это удалось. По крайней мере, под маской уверенной в себе иртханессы промелькнули растерянность и что-то по-детски беззащитное.

— Ты не вправе меня судить.

— Даже не собиралась. Но вы торчите на моей кухне непонятно зачем, и я не могу не сказать вам то, что думаю.

— Я пришла спросить, когда ты перестанешь мучить моего сына.

Я приподняла брови.

— О. Вы об этом вспомнили…

— Танни…

— Я скоро двадцать семь лет как Танни буду, – я поднялась, сдерживая клокочущую внутри ярость, – но вас я понять не могу. Какого набла вам вздумалось сообщать ему обо всем сейчас, когда он все пережил и все давно отпустил?! Вы даже ко мне приехать толком не смогли, опять под покровом ночи. Что, на сей раз об этом не знает даже ваш будущий супруг, который вместе с вами вас покрывал? И почему? Общение со мной вроде не порочит вашу драгоценную честь, которую вы просрали еще в девичестве, но долгие годы отчаянно боялись об этом сказать!

В конце я уже на нее орала. Я орала на нее так, как не орала никогда и ни на кого (кажется), и только когда осознала, что это внутри меня горит взрывающим грудь пламенем, заткнулась. Не потому, что сказала все, а потому что мне надо было это переварить. В смысле переварить то, как я на нее отреагировала.

Бэрри вскочила, шерсть на загривке встала дыбом, но я глянула на нее и скомандовала:

— К себе.

После чего виари беспрекословно ушла с кухни и устроилась на полу рядом с диваном.

— Ты права. – Инаира обернулась ей вслед, потом снова посмотрела на меня. – Ты права, Танни.

— Я знаю, что я права, – отрезала я. – Какого вам от меня надо?

— Почему вы до сих пор не вместе?

Вообще-то это было не ее дело. Это было категорически не ее дело, но я не стала об этом напоминать. Промолчала, потому что боялась, что если начну говорить, снова сорвусь на крик. И потому, что у меня не хватало сил просто позвонить Гроу и сказать: «Ты мне нужен. Ты мне безумно нужен». Что-то внутри не пускало, стягивало внутренности в комок.

Я боялась, что все будет хорошо. Все будет очень, безумно, невыносимо хорошо. А потом опять что-нибудь случится.

— В молодости я была страшной трусихой, – сказала Инаира. – Я боялась осуждения других иртханов и людей. Боялась того, что обо мне подумают и что скажут. Из-за своих страхов я отказалась от мужчины, с которым могла бы быть счастлива, и от сына, который теперь меня ненавидит. У меня был муж, но семьи у меня не было. Исключительно потому, что в свое время мне не хватило смелости просто открыться новой жизни и другому счастью. Не тому, которое для меня приготовил отец: да, он отрекся бы от меня, узнай о том, что случилось, но это можно было бы пережить. Нет, я предпочла все скрыть и остаться с мужчиной, которому не было до меня никакого дела, так же как мне до него. Это был договорной брак, таким он и оставался все эти годы.