Книга Танцующая для дракона. Небо на двоих, страница 210 – Марина Эльденберт

Она оставила письмо, в котором говорила, что не готова обречь внука на мучения рядом со мной и что лучше заберет его сама, чем позволит мне над ним издеваться. Возможно, Мэррис повредилась рассудком, а может быть, и впрямь всегда считала меня злом, разрушившим жизнь ее дочери, а теперь явившимся за внуком. Как бы там ни было, Гаяр остался один, и хотя Витхар сказал, что это было желание мальчика – прийти ко мне и поблагодарить, я даже представить себе не могла, что он сейчас чувствует.

Погруженная в собственные мысли, я даже не заметила, что Витхар долго молчал. В себя пришла только от его голоса:

— Ты права.

Вот это прозвучало совсем неожиданно.

— Витхар Даармархский признает мою правоту, – хмыкнула я. – Наверное, завтра Аринта замерзнет.

— Сегодня, – усмехнулся он. – Ну а если серьезно, ты впрямь считаешь, что я никогда не думал над твоими словами? Над тем, что ты говорила мне раньше?

— Не знаю. – Я пожала плечами. – Мне ты этого не говорил.

— Сейчас я говорю тебе все, – серьезно сказал Витхар.

— Знаю, – так же серьезно ответила я.

И, возможно, слишком отвлеклась на игру ветра в листве, потому что движение рядом уловила не сразу. Когда уловила, было уже слишком поздно: меня подхватили со скамейки, смахнув несколько подушечек, и усадили к себе на колени. Возмутиться я не успела, потому что Витхар перехватил меня за руки и прижал к себе.

— Я больше не могу скрывать от всех, что ты моя.

В ответ на такое заявление я только моргнула.

— Знаю, что ты сейчас подумала…

— Если бы знали, местар, не стали бы меня хватать! – все-таки выдохнула возмущенно. Правда, возмущение было, скорее, именно из-за того, что это получилось так неожиданно: не думаю, что кто-то во дворце еще тешил себя мыслью о том, что Витхар Даармархский рядом со мной исключительно потому, что пламя ценного политического союзника нестабильно.

— Знаю-знаю, – подтвердил он. – Поэтому держу крепко. Знаешь, я хотел это сделать, украсив цветами комнату… на закате на центральном балконе или на побережье, но потом вспомнил, что мои романтические порывы далеки от твоих представлений о них.

— Сделать – что? – уточнила я. – Посадить меня на колени и заявить о том, что я твоя?

Вместо ответа Витхар осторожно коснулся пальцами моего подбородка, разворачивая лицом к себе.

— Это, – сказал он, отпуская меня и раскрывая вторую ладонь.

На ладони лежало кольцо, изящное маленькое колечко, в котором огнем горел рдяный камень.

— Я носил его с собой с того дня, как ты пришла в себя. С той минуты, как ты не сказала ни да ни нет. Мне все время казалось, что слишком рано, но сейчас мне кажется, что уже слишком поздно. Ты выйдешь за меня, Теарин?

Я моргнула еще раз.

Да, что ни говори, а с романтикой у Витхара всегда были проблемы.

— Знаешь, – сказала я, осторожно загибая его пальцы. – Давай будем считать, что этого не было…

Рука под моими пальцами стала просто каменной, а глаза потемнели. До той глубины, которая еще не ярость, но уже не воспоминания. Как назвать это состояние, я не знала, но сейчас оно отозвалось в моем сердце холодом.

— Меня вполне устроит закат на побережье, – продолжила я. – Видишь ли, я очень хочу выглядеть хотя бы чуточку не такой растрепанной, когда ты наденешь мне на палец кольцо.

Взгляд Витхара потемнел еще сильнее, ноздри раздулись.