Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 122 – Майкл Скофилд

— Подожди, если будешь много болтать, я добавлю настоящего жара.

Я почти улыбнулась, но знак на доске не дал улыбке удержаться.

Эймар не пошел к восточному монастырю сразу. Или пошел, но оставил нам поворот. Сожженный мост перекрывал прямую дорогу к лечебному дому со стороны замка. За оврагом начиналась старая тропа пепельщиков — та самая, о которой говорил Тиллен. По ней можно было выйти к заброшенным печам, а оттуда уже к болотам и дальше к монастырской дороге.

Но мост был сожжен не для того, чтобы задержать нас.

Овраг можно было обойти за час.

Он хотел, чтобы мы увидели знак.

Чтобы я увидела.

— Где Каэл? — спросила я.

Нерис, которая проверяла обожженную доску с чисто медицинской злостью, ответила:

— В доме. Сидит. Ругается молча. Варрен и Марек у двери. Если попробует встать, Марек обещал сесть на него.

Грейн одобрительно кивнул.

— Хороший парень.

— Каэл сильнее Марека, — сказал Дориан.

— Сегодня нет, — ответила Нерис. — Сегодня лорд Рейвард сильнее только мокрой тряпки, и то не всякой.

Дориан прижал руку к груди.

— Я передам ему вашу нежность.

Я не слушала их до конца.

Печать на моем запястье молчала. След был светлым, три точки у пульса почти не видны. Но рядом с вырезанным знаком кожа начинала покалывать. Не от власти печати. От памяти.

Тело помнит то, что разум уже разобрал по косточкам.

Я присела перед доской.

— Нерис, нож.

Она подала.

Я аккуратно соскребла немного угля с линии знака на белую пластину. Добавила каплю соляного раствора.

Уголь не просто размок.

Он свернулся темной крупинкой.

— Черная соль, — сказала Нерис.

— И кровь.

Дориан перестал шутить.

— Чья?

Я добавила каплю горечавки. Крупинка дала тонкую золотую кайму, потом погасла.

— Не Каэла. Не моя. Огненная линия.

— Арквейны? — спросил Дориан.

— Или Эймар использовал остатки их крови из шкатулки. Но знак не пустой. Он связан.

Грейн сплюнул в сторону.

— То есть дорога зовет.

— Да.

— А умные люди на зов не ходят.

— Обычно.

Он посмотрел на меня.

— Ты не обычно.

— Нет.

Нерис закрыла пластину крышкой.

— Если пойдете, я с вами.

— Ты еле стоишь.

— Вы тоже.

— У меня больше опыта падать в неподходящие места.

— Это не преимущество.

Дориан поднял руку.

— Я тоже с вами. По семейной традиции: если кто-то собирается туда, где точно ловушка, Рейварды должны хотя бы мешать красиво.

— Никакой красоты, — сказала я. — Мы пойдем не за Эймаром. Мы пойдем закрыть знак. Если он хочет вытянуть меня к себе через остаток печати, значит, где-то рядом закреплена связка. Ее нужно оборвать до того, как он дойдет до монастыря.

— А если он уже там?

— Тогда этот знак был бы сильнее. Он оставил его недалеко. Чтобы я почувствовала. Значит, ему нужна последняя настройка.

Дориан посмотрел на овраг.

— Где?

Я поднялась и повернулась к старой тропе пепельщиков.

— Там, где раньше сжигали связующие отходы. Не большой колодец. Малые печи. Тиллен говорил, что они ближе к дороге.

Нерис поморщилась.

— Еще огонь.

— Уже меньше.

— Это вы сейчас себя успокаиваете или нас?

— Никого. Просто жалуюсь кратко.

Грейн сунул топор Дориану.

Тот удивленно посмотрел на рукоять.

— Мне?

— Тебе. Мечом у пепельных корней толку мало. А топором хоть дверь срубишь.

— Вы доверяете мне топор?

— Нет. Но Лиара тебя все равно потащит, а с пустыми руками ты шума больше наделаешь.