Книга Целительница для бывшего мужа-дракона, страница 125 – Майкл Скофилд

— Живым якорем.

— Именно, — сказал Эймар, будто она ответила на уроке. — Ее дар будет гасить вспышки у детей, стабилизировать Каэла, удерживать Черное Пламя от распада. Прекрасное решение. Не такое жестокое, как брак. Не правда ли, госпожа Вейл? Вы ведь хотели спасать людей.

Слова ударили не в страх.

В вину.

Туда он и целился.

Мальчик Нил. Дети у границы. Каэл на кровати. Все, кто мог снова загореться, если я откажусь.

Вот как такие люди всегда работают.

Они находят в тебе лучшее и делают из него поводок.

Я сделала шаг ближе.

— А если я откажусь?

— Тогда вспышки вернутся. Не сразу. Через месяц, через год. Черное Пламя повреждено. Без центра оно будет искать выход.

— Вы сами его повредили.

— Да. И сам предлагаю исправить.

Дориан резко шагнул вперед, но я подняла руку.

— Нет.

Он остановился, хотя весь дрожал от желания ударить.

Я смотрела на Эймара.

— Почему не уйти? Почему не спрятаться у пепельщиков, у болот, где угодно? Вы могли исчезнуть.

— Мог.

— Но остались.

— Потому что вы, госпожа Вейл, сделали то, чего я не смог за двадцать лет. Вы разорвали поводья. Теперь можно построить систему лучше.

— Через меня.

— Через ваш дар.

— Это одно и то же, если вы не спросили.

Он впервые нахмурился.

Как будто я сказала что-то мелкое. Бытовое. Не достойное его большой схемы.

— Спросить? У дара такого уровня?

— У женщины, в которой он живет.

Тишина.

Потом Эймар рассмеялся.

Не громко.

Устало даже.

— Вот почему вы всегда проигрываете историю, Лиара. Вы думаете о человеке там, где решается судьба крови.

— Нет. Я просто не делаю вид, что кровь живет без человека.

Он взял серебряную иглу.

Печи вспыхнули ярче.

Ровен бросился вперед, но из первой топки вырвался узкий язык пламени и ударил в землю перед ним. Страж отскочил, сапог задымился. Нерис плеснула соль, сбивая огонь.

Эймар не смотрел на них.

Только на меня.

— Вы все равно подойдете, — сказал он. — Потому что знаете: если не подойдете, пострадают дети.

Да.

Вот теперь было страшно.

Не за себя.

За то, что он прав достаточно, чтобы ложь стала убедительной.

Я чувствовала остатки проклятия в печах. Они были слабыми, но настоящими. Черные нити, собранные из колодцев, браслета, крови, старых солей. Если Эймар их отпустит, вспышки действительно могут пойти по линии. Не такие сильные, как у Черной гряды, но хватит, чтобы убить самых слабых.

Моя рука горела.

Дар внутри поднялся.

Не как ответ на приказ. Как готовность работать.

И вот тут была ловушка. Не магическая — человеческая.

Я могла спасти всех, став центром.

И снова исчезнуть за словом «надо».

Я закрыла глаза на секунду.

Вспомнила тетку Мелиссу: «Чужую боль нельзя носить как ведро. Иначе однажды расплескаешь себя».

Открыла.

— Вы ошиблись, Эймар.

Он приподнял бровь.

— Да?

— Я подойду.

Дориан резко сказал:

— Лиара!

— Но не так, как вы хотите.

Я вошла в круг печей.

Пламя дернулось ко мне сразу. Черные нити поднялись из топок, потянулись к руке, к белым точкам у пульса. Эймар улыбнулся. Он подумал, что победил.

Пусть.

Иногда человеку полезно расслабиться перед ударом.

Я остановилась в центре.

— Нерис, помнишь обещание?

Она побледнела.

— Разбить круг, если вы станете проводником.

— Да.

— Помню.

Эймар покачал головой.

— Поздно.

— Нет, — сказала я. — Сейчас.

Я опустилась на колено и положила ладонь не на костяную пластину, не на флакон, не на иглу.