Книга Истинный на 21 день, страница 124 – Кира Эро

— А ты повернись.

Я повернула голову, преодолевая сопротивление затёкших мышц шеи, чувствуя, как в позвоночнике что-то хрустнуло.

Шелтис лежал рядом.

На той же кровати, под теми же красными покрывалами, всего в нескольких сантиметрах от меня.

Перевязанный — белые бинты обвивали его грудь, плечи, живот, кое-где проступали тёмные пятна крови. Бледный — серая кожа казалась почти белой, губы потрескались, под закрытыми веками проступали тёмные круги. Но он дышал. Грудь поднималась и опускалась ровно, размеренно, и рука его — тёплая, живая — сжимала мою ладонь.

Запястье его было совершенно чистым — никаких меток. Только драконье золото. Знак избранника.

Он без сознания, но живой.

Живой.

Я сжала его руку крепче, чувствуя, как пальцы дрожат, как слёзы всё-таки срываются, текут по щекам горячими дорожками.

— Его величество Тэлвир там под стеной уже третью ночь дежурит, — прозвучал ехидный голос Альмареля откуда-то сбоку, и я повернула голову, увидела брата, стоящего у окна со скрещёнными руками. — Призывает нас к честным переговорам и хотя бы дать ему информацию, что с братом. Торвас с ним говорить отказывается. Говорит, принцесса распоряжений не давала, подите к чёрту в свой Альдеон.

Я попыталась усмехнуться, но губы не слушались, растянулись в кривую гримасу.

— Торвас… хорошо, — произнесла я хрипло, и Фердинанд протянул мне кубок с водой.

Я пила жадно, чувствуя, как влага смывает сухость с горла, облегчает дыхание. В этот момент на постель что-то прыгнуло — лёгкое, мягкое, с негромким мурлыканьем.

Доминара.

Дракотика приземлилась рядом со мной, обошла вокруг, уткнулась мордой в моё плечо, и я почувствовала, как со спины ко мне приваливается тёплое шерстяное тело. Мурлыканье наполнило комнату — громкое, вибрирующее, успокаивающее, заставляющее что-то в груди расслабиться, отпустить напряжение.

— Доми, — прошептала я, проводя рукой по её голове, зарываясь пальцами в мягкую шерсть.

И в этот момент Шелтис открыл глаза.

Медленно, с трудом, словно веки весили тонну.

Он смотрел в потолок несфокусированно, потом оглянул комнату с удивлением, почти с недоверием. Доминара мгновенно переключилась на него — перепрыгнула через меня одним грациозным движением, приземлилась рядом с дроу и принялась неистово тереться мордой об его плечо, мурлыкая так громко, что казалось, вибрирует весь замок.

— Доминара! — возмутилась я, чувствуя, как на лице появляется улыбка — настоящая, искренняя.

Доми прижала уши к голове, посмотрела на меня своими огромными глазами с видом оскорблённой невинности и легла между нами — вдоль, положив голову Шелтису на грудь.

— Вот понимаешь, так мы и живём, Ферди, — всплеснул руками Альмарель, и в голосе прозвучало столько искреннего возмущения, что Фердинанд рассмеялся. — То дроу, то дракотики. Никакого покоя.

Шелтис повернул голову, медленно, осторожно, и наши взгляды встретились. Он молчал, просто смотрел. Я сжала его руку крепче, чувствуя, как в горле встаёт ком, как слёзы снова жгут глаза.

— Привет, мой принц, похоже, убежать у тебя снова не вышло.

Шелтис медленно моргнул, и в уголках его губ дрогнула слабая усмешка.

— Я больше не попытаюсь, Эш.

Альм устало рассмеялся:

— Ооо, приятно слышать. Потому что еще один такой финт, и я приставлю к тебе магов, дроу, так и знай. И мне плевать на твой золотой браслет, я на тебя таких магических ограничителей понаставлю...