Книга Заново. В твоей тени — свет, страница 19 – Арина Вольская

Лес встретил её тишиной.

Не той, что бывает в парках у дворца, где каждую ветку подрезают садовники, а дорожки посыпают песком. Настоящей, дикой тишиной, в которой слышно, как падают листья, как дышит земля, как где-то далеко стучит дятел — тук-тук-тук, будто отсчитывает секунды до чего-то важного.

Элиан шла быстро.

Она знала эту тропу. В прошлой жизни она ходила здесь с Аэроном. Он учил её чувствовать магию природы, сливаться с деревьями, дышать в такт ветру. Тогда это казалось ей романтикой. Сейчас — просто ещё одним уроком, который пригодится для побега.

Она свернула с тропы.

Ветки хлестали по лицу, цеплялись за плащ, оставляли на ткани мокрые следы. Элиан не обращала внимания. Она шла на юг, сверяясь с картой, которую выучила наизусть.

Через час лес начал редеть.

Деревья становились ниже, корявее, будто кто-то вырвал их из земли и посадил обратно, не заботясь о красоте. Земля под ногами изменилась — из мягкой, лесной, в жёсткую, каменистую. Пахло гарью. Старой, давней, но не выветрившейся до конца.

Запретные земли.

Элиан остановилась на краю.

Впереди, насколько хватало глаз, простиралась выжженная пустошь. Ни деревьев, ни кустов, ни травы. Только серая земля, усеянная камнями, и низкое небо, такое же серое, будто кто-то смешал краски и забыл добавить цвета.

— Красиво, — прошептала она.

Красиво своей мрачной, пугающей красотой. Как старая рана, которая зажила, но оставила шрам на теле мира.

Она сделала шаг. Второй. Третий.

Земля под ногами хрустела — не как песок, не как гравий, а как… как кости. Элиан не хотела думать, чьи они были. Людей? Животных? Тех, кто пытался пройти через эти земли и не смог?

Она шла дальше.

В прошлой жизни она пересекла Запретные земли только один раз — в составе армии Светлого престола. Тогда их было три сотни. Рыцари в доспехах, жрецы с амулетами, сам Аэрон в золотых одеждах. Они пели молитвы, и их магия освещала путь.

Сейчас она была одна.

Без магии. Без оружия. Без защиты.

— Ты сумасшедшая, — сказала она себе вслух.

Голос прозвучал глухо, будто земля поглощала звуки.

— Да, — согласилась она. — Но сумасшедшие живут дольше. Потому что они не боятся того, что пугает нормальных.

Храм показался через час.

Он стоял в низине, окружённый остатками стен — когда-то здесь был целый комплекс, место паломничества, центр веры. Теперь — руины. Серые камни, поросшие мхом, обломки колонн, битое стекло, хрустящее под ногами.

И вход.

Чёрная арка, уходящая вниз, в землю. Ступени, вырубленные в скале, уходили в темноту. Оттуда тянуло холодом и запахом сырости.

Элиан остановилась у входа.

— Ну что, — прошептала она, — последний шанс развернуться.

Она не развернулась.

Внизу было темно.

Настоящая темнота — не та, что бывает ночью, когда глаза привыкают и начинают различать предметы. Абсолютная, густая, липкая, как патока. Элиан зажгла маленький светлячок — бытовая магия, которую она освоила ещё в детстве. Шар золотистого света повис в воздухе, освещая пространство в радиусе трёх шагов.

Стены были каменными, грубо обтёсанными, с потёками влаги. Ступени уходили всё ниже и ниже. С каждой ступенькой воздух становился холоднее, тяжелее, будто кто-то давил на плечи, пытаясь развернуть обратно.

Элиан не разворачивалась.

Она помнила этот путь. В прошлой жизни она спускалась здесь с армией Светлого престола. Тогда ступени освещали факелы, рыцари пели псалмы, и каждый шаг отдавался эхом от стен.