Книга Заново. В твоей тени — свет, страница 102 – Арина Вольская

— Госпожа? — раздался голос Тиссы из-за двери. — Госпожа, вы проснулись?

— Да, — ответила Элиан, не двигаясь. — Входи.

Тисса вошла — бледная, с красными глазами, будто не спала всю ночь. В руках она держала поднос с завтраком, но сама дрожала так сильно, что чашка на подносе звенела, сталкиваясь с блюдцем.

— Вы… вы будете есть? — спросила она, ставя поднос на столик.

— Буду, — ответила Элиан, садясь на кровати. — Голодной на испытание идти глупо.

На подносе была овсяная каша с мёдом и орехами, горячий хлеб с маслом, кружка молока и маленькое блюдце с земляничным вареньем. Каша парила, и пар поднимался к потолку, сворачиваясь в причудливые спирали. Пахло сливками, корицей и почему-то ванилью.

— Вы не боитесь? — тихо спросила Тисса, когда Элиан взяла ложку.

— Боюсь, — честно ответила та. — Но не так, как раньше.

— А как?

— Спокойно, — сказала Элиан. — Как перед прыжком в воду. Страшно, но ты знаешь, что надо. И что потом будет легче.

Тисса не поняла, но кивнула.

Элиан ела медленно, смакуя каждый кусочек. Каша была густой, сладкой, орехи хрустели на зубах, мёд таял на языке, оставляя приятное послевкусие. Она пила молоко маленькими глотками, чувствуя, как тепло разливается по телу, согревая замёрзшие пальцы.

— Тисса, — сказала она, отставляя кружку.

— Да, госпожа?

— Если я не вернусь…

— Вы вернётесь! — перебила Тисса, и голос её дрогнул. — Вы обязательно вернётесь!

— Если я не вернусь, — повторила Элиан твёрже, — забери мои вещи. Шкатулку. Книги. И уходи из дворца.

— Куда? — прошептала Тисса.

— Куда глаза глядят, — ответила Элиан. — Начни новую жизнь. Ты заслуживаешь.

Тисса разрыдалась.

Элиан обняла её — впервые за всё время, что они знали друг друга. Служанка пахла мукой, мылом и почему-то яблоками — наверное, опять пекла пироги, пока госпожа спала.

— Не плачь, — сказала Элиан, гладя её по голове. — Я ещё не умерла.

— Не смейте умирать! — всхлипнула Тисса. — Вы не имеете права!

— Постараюсь, — усмехнулась Элиан. — Обещаю.

Храм Светлого престола был залит светом.

Сотни свечей горели в высоких канделябрах, отбрасывая на стены пляшущие тени. Ладан курился в кадильницах, и густой, сладковатый дым поднимался к потолку, застилая глаза. Пахло воском, дымом и чем-то ещё — острым, металлическим, как запах крови перед битвой.

В центре храма был начерчен круг — огромный, в три человеческих роста, с замысловатыми символами по краям. Символы светились — золотые, пульсирующие, как живое сердце. Элиан знала их значение. Она сама изучала их по книгам, которые приносила Дариану. Символы чистоты. Символы света. Символы, которые должны были сжечь её, если внутри неё окажется тьма.

Вокруг круга стояли жрецы — в белых одеждах, с серебряными амулетами на шеях. Их лица были серьёзны, почти суровы. Они смотрели на Элиан без улыбок, без сочувствия — только с холодным любопытством.

Аэрон ждал у алтаря.

Сегодня он был особенно красив — белые одежды, расшитые золотом, серебряная диадема на платиновых волосах, в руках — посох с сияющим кристаллом наверху. Свет от свечей падал на его лицо, делая его похожим на статую древнего бога.

— Подойди, — сказал он, и голос его прозвучал как приказ.

Элиан подошла.

Она встала перед кругом, чувствуя, как магия исходит от символов, как она касается её лица, её рук, её волос. Теневой камень на груди нагрелся — не обжигал, но грел сильно, почти болезненно.