Книга Потомок царицы 1, страница 37 – Елена Галунец

Я обхватила его голову руками и, вспоминая, как я оживила птицу, стала молить Мать-прародительницу и всех Святых. Вокруг шумела толпа, и я чётко услышала слова нашей соседки о том, что мы, сучье отродье, наконец-то получили наказание за деяния нашей матери. К её крикам присоединились другие соседи. Они кричали, что из-за нас они лишились домов, а потом рядом возник мерзкий Кюн. Он, наверное, единственный, кто не побывал в постели моей матери. Никогда не забуду, как он наклонился ко мне и прошептал прямо в ухо: «Это моя месть этой шлюхе, а тебя я подожду. Через пару лет ты отработаешь все долги своей дорогой мамочки». Приложив голову к груди Мелека, я наконец поняла, что он мертв, и у меня не получилось оживить его. Рыдая над телом моего ангелочка, я закричала от боли — душевной в первую очередь. В груди нестерпимо зажгло, и я, подняв голову, собрала всю свою ненависть к этому поджигателю и толкнула. Нет, не руками. Только подумала, чтобы он отошел от меня подальше, и он действительно в ту же секунду отлетел на несколько метров. Неудачно приземлившись, он ударился головой о край каменного крыльца соседнего дома. Тело его затряслось, и он тут же умер, а толпа взревела. Они кричали, что я убийца, и хотели закинуть меня обратно в горящий дом. Только одна женщина заступилась, сказав, что это несчастный случай, но жена мерзкого Кюна верещала громче всех. Я лишила её не только дома, но и мужа. Толпа бесновалась. В меня полетели камни, ведра и различный мусор, а я, глупая, даже не пыталась увернуться. Я закрывала собой тело моего братишки, и, наверное, меня бы там и убили, но по воле случая рядом оказался помощник судьи из Оргосты. Он заставил толпу умолкнуть и, оглядев тело Кюна, сказал, что отвезет меня на суд, потому что тут замешана магия. Кто-то схватил меня за остатки моего платья и швырнул в машину. Уезжая от кричащей толпы, я продолжала смотреть на тело моего братишки, к которому так никто и не подошёл. Мать я не видела, и надеюсь, она сгорела, иначе это было бы несправедливо. Помощник судьи оказался тоже не очень хорошим человеком. Он отвез меня подальше от деревни и выкинул на дорогу возле леса. Очищая сидение, он ворчал, что ему не нужны проблемы, так как я всё равно умру по дороге. А труп в своей новенькой машине он везти не хочет. Пока он рылся в багажнике, я решила, что он хочет меня добить. Недолго думая, скатилась в траншею, нырнула в придорожные заросли и, гонимая страхом, на четвереньках поползла в лес. Ползла сколько могла на шум воды. Я надеялась, что холодная вода сможет облегчить боль, но до речки так и не добралась. Потеряла сознание, а когда очнулась, была ночь, и рядом со мной сидел волк. Историю знакомства с Кавимом ты знаешь, — устало сказала я и поняла, что глаза мои сухи, в отличие от того дня, когда я рассказывала об этом Юрту.

Алек молча смотрел на меня, и в темноте я отчетливо видела, как светятся его глаза мягким голубым светом.

— Мелеку тогда было почти пять. Двадцать лет прошло, а я до сих пор живу с этими воспоминаниями. Я виню себя за то, что оставила его там, — еле слышно произнесла я, превозмогая боль в горле.

— Ты ведь сама была ребёнком, и это настоящее чудо, что ты выжила после такого. В тот день ты не только при помощи магии отомстила за брата, но и получила новый дар. Ты у меня особенная. Я всегда это знал. Вот только всё время забываю, сколько тебе лет. Ты не только не взрослеешь, но и не умнеешь. Осталась такой же глупой девчонкой, как была, — пробурчал он, укладываясь на бок.