Книга Укуси меня, страница 77 – Пенелопа Барсетти

— Думаю, я не…

Кингснейк продолжал смотреть на меня, его глаза метались, словно он пытался прочитать меня. Я посмотрела на стол и взяла вилку. Мы разговаривали так долго, что еда остыла.

— В каких отношениях ты с Эфириалами?

Наш мир состоял из маленьких королевств, но нами всеми правил король Элрохир Эфириал, и он обещал бессмертие самым достойным. Это распространялось на королей и королев, но редко.

— Отношения – не то слово, которое я бы использовал для описания.

— Тогда как бы ты…

— Заклятые враги. Вот как я бы это описал.

Нас учили, что Эфириалы – богоподобные существа, эльфы, железной хваткой владеющие бессмертием. Когда они шли по земле, казалось, что они скользят. Их глаза светились, словно солнце всегда освещало их лица, даже во время дождя. Им поклонялись все мы. Я никогда не встречалась с ними лично, но видела иллюстрации в книгах в библиотеке. Они были прекраснее всех других существ, наделенные глубокой красотой и деликатностью.

— Могу ли я спросить, почему?

— Ты хочешь, чтобы я объяснил их предубеждения или наши?

— Думаю, и то, и то.

— Ни человек, ни ночной охотник не входили в их владения и не возвращались, поэтому подробности их царства нам неизвестны. Но в наших кратких беседах они очень ясно дали понять одну вещь – они настоящие бессмертные.

Я не понимала, что это значит, поэтому продолжала смотреть.

— А мы просто проклятье.

Всю свою жизнь я думала то же самое.

— И почему ты их ненавидишь?

— Потому что они высокомерны. Почему они считают, будто они единственные, кто заслуживает жить вечно? Почему им можно даровать бессмертие, а нам нет? Они родились с этой привилегией, но для других унизительно стремиться к такому же благословению. Они просто хотят сохранить статус-кво. Они хотят процветать, пока другие страдают. Люди думают, будто Эфириалы – этакие прекрасные ангелы с фарфорой кожей, но они куда большие монстры, чем мы.

Нас учили почитать эльфов, как богов. Благодаря их щедрости некоторые из нас жили вечно. А те, кто нет, перешли в загробную жизнь, тоже подконтрольную им. Эфириалам не обязательно было предлагать нам эти подарки, но они решили это сделать.

— Они хотели, чтобы мы исчезли со времен Первородных. Сражения происходили так давно, что в ваших учебниках истории об этом, вероятно, даже не упоминается. Им нет равных в стрельбе из лука, но мы лучше них обращаемся с клинком.

Я понятия не имела. Я знала лишь то, что эльфы добрые, а вампиры злые.

— Если вы искорените эльфов, что будет с людьми? Какова будет наша судьба?

Его глаза встретились с моими.

— Нам, людям вход в загробную жизнь будет закрыт.

— Ты ведь не веришь в это, да?

Я молчала, язык застрял во рту. Он продолжил:

— Это ложь. Пустое обещание в обмен на ваше подчинение.

— Можешь ли ты доказать, что это неправда?

— Можешь ли ты доказать, что это правда?

Его голос стал немного выше, и гнев теперь был виден явно.

Я лишилась дара речи.

— Люди могут быть нашей добычей, а для них вы – домашний скот.

— Если это правда, почему бы просто не убить нас?

— Потому что, наверное, весело быть уважаемой всеми расой, – огрызнулся он. – Зачем убивать своих поклонников? Вы раздуваете их эго. Вы приносите им лучший урожай. Вы воздвигаете статуи и храмы в их честь. Вы для них не угроза, а просто игрушка.