Книга Бывший лучший друг моего босса, страница 20 – Ния Экс

Джейк вздохнул, но кивнул.

— Ладно, лед тронулся. По крайней мере, теперь мы знаем, что привлекли внимание.

Мы пошли к выходу, пробираясь через толпу. Алан не отпускал мою руку, ведя меня за собой, как ценную добычу, которую вот-вот могут отнять. Его ладонь была горячей, и я чувствовала каждый его палец сквозь тонкую ткань перчаток. Сердце сжалось от потока нахлынувших воспоминаний.

На улице холодный воздух ударил по лицу, заставив вздрогнуть. Бывший, наконец, разжал пальцы, и я потерла онемевшую руку.

— Что это было? — выдохнула я. — Кто эти люди?

— Неважно, — отрезал Алан, садясь в машину. — Ты больше ни шагу с нами. Поняла? Это не твое дело вообще!

Ричардсон открыл мне дверь, его лицо стало серьезным.

— Он прав. Это стало опаснее, чем я предполагал.

Я молча села на заднее сиденье. Дрожь, на этот раз не от желания, а от страха и адреналина, пронзила все мое тело. Я обняла себя за плечи, глядя в окно на ускользающие огни ночного города. Алан сидел впереди, неподвижный, как изваяние. Но в зеркале заднего вида я поймала его взгляд. Он смотрел на мое отражение. И в глубине его грозовых глаз я увидела то, что заставило мое сердце забиться в новом, странном ритме. Это была не просто злость или раздражение.

Это была боль. Такая же старая и глубокая, как и моя.

«Никогда не говори правды людям, которые ее не заслуживают» (с) М.Твен.

Джейк Ричардсон

Дождь застилал Нью-Джерси грязной пеленой, превращая ночные огни в размытые пятна, словно кто-то провел мокрой кистью по картине Ван Гога. Я сидел за рулем, но не видел дороги. Перед глазами стояло лицо Алана, когда он бросил на бархотную скамейку в моем кабинете ту самую папку. Не компьютерную распечатку, нет. Пожелтевшие листы, от которых пахло пылью архивов и временем.

«Джейк, тебе нужно это увидеть», — сказал он, и в его голосе не было привычного льда. Был страх. А Алан Хьюберт никогда не боится.

А сейчас я вел машину, а Венди, тихая и испуганная, сидела сзади, и я ловил ее взгляд в зеркале. Она видела, как треснула моя маска. Та самая маска беззаботного повесы, которую я оттачивал годами. И теперь в трещину сочилась та боль, которую я заливал виски, заглушал скоростью и глушил громкой музыкой в клубах вроде «Белой полосы».

Я загнал машину в гараж пентхауса, и тишина, наступившая после затихания двигателя, оказалась оглушительной.

— Ребята, что-то случилось? — робко спросила Венди, выходя из салона.

— Всё в порядке, детка. Просто сырая ночь, — я выдавил улыбку, но она получилась кривой, как шрам. — Поднимайся, прошу. Алан, помоги.

Алан, молчаливый и мрачный, взял ее под локоть, и его жест на этот раз был не властным, а... поддерживающим. Он понимал. Черт возьми, он все понимал еще до того, как показал мне эти бумаги.

Пятнышко встретила нас в прихожей, потерлась о мои ноги, уловив мое напряжение. Я абстрактно провел рукой по ее крупной голове, чувствуя под пальцами вибрацию мурчания. Мое личное противоядие от адской реальности.

— Венди, прошу, подожди нас в гостиной. Налей себе вина, всё, что захочешь. Нам с Аланом нужно обсудить кое-что по работе, — я говорил, глядя куда-то мимо нее, на мраморные часы, отсчитывающие мою новую, уродливую жизнь.

Девушка кивнула, без слов поняв, что ее присутствие сейчас будет лишним. Когда она вышла, я повернулся к Алану.