Книга Узник, страница 52 – Максим Мацель

— Пожалуй, этого довольно. Завтра утром жду вас у себя, как обычно. Это будет нашей последней встречей. Посмотрим, чем я смогу помочь вам. А после и вы окажете мне услугу. Я приготовлю вам поручение. До завтра, пан Станислав!

— Итак, пан Станислав, сперва я жду ваших вопросов, – сразу перешел к делу король.

— Кто такой пан Загорский? – начал Стас.

— Его настоящее имя Денис Осмоловский. Это верный слуга Речи Посполитой.

— С каким поручением вы отправили его к Костюшко?

— По правде, он ехал с поручением не от меня. Я лишь попросил его выполнить и мою просьбу – встретиться с Костюшко.

— С каким поручением, Ваше Величество?

— Вы осведомлены, пан Станислав, о судьбе десятков тысяч ссыльных поляков в России, которые отправлялись в эту ссылку на протяжении последних двадцати с лишним лет, пока шел дележ Польши?

— По правде, нет, лишь краем уха слышал о них.

— После каждой из проигранных нами войн за последние четверть века тысячи наших соотечественников были арестованы и отправлены в Россию – в Сибирь. Первыми там оказались сторонники Барской конфедерации. Ссылкой им заменили смертную казнь. Хотя еще в XVI веке туда угодила небольшая группа военнопленных.

— Так давно?

— Да, пан Станислав, история наших войн с Россией насчитывает более двух столетий. Однако за последние четыре года этот небольшой поток горемычных поляков превратился в настоящую реку. Судьба их незавидна. Время от времени друзья и родные ссыльных собирают средства и передают их в Петербург, где верные люди уже много лет пересылают их дальше, чтобы хоть как-то облегчить участь несчастных. В этот раз подобная миссия выпала Осмоловскому. Он должен был на последующие годы стать фигурой, которой предстояло заботиться о попавших в беду соотечественниках.

— Значит, Загорский, вернее, Осмоловский, вез в Петербург значительную сумму денег?

— Очевидно.

— Что должен был передать Осмоловский для Костюшко?

— Об этом несколько позже, когда я озвучу вам свое поручение. Вы поймете. Я попрошу вас выполнить то, что не успел исчезнувший Осмоловский.

— Ваше Величество! – смутился Стас. – Не уверен, что я вправе…

— Не беспокойтесь, пан Станислав. В том не будет никакой крамолы. Мало того, мое послание будет в одинаковой мере адресовано как Костюшко, так и Софи.

— Софи?

— Так звали императрицу Екатерину до коронации.

— Вы хотите, чтобы я встретился с императрицей? Это невозможно! Это абсурд! Я не вхож во двор. Я и к вам…

— Не спешите! Задушевные беседы двух Станиславов наделают много шума при дворе Екатерины. Так что она сама позовет вас в гости еще до того, как вы успеете пересечь границу России. Поверьте сведущему в дворцовых делах человеку, – улыбнулся Понятовский. – Задавайте дальше свои вопросы, мы попусту теряем время, а путь вам предстоит неблизкий.

— Вы хорошо знали Осмоловского, Ваше Величество?

— Нет. Я не был знаком с ним. Его отрекомендовали такие верные мне люди, что я не смел усомниться в его преданности.

— А Костюшко и Осмоловский были знакомы?

— Да, потому я и остановил свой выбор на последнем.

— Вы слыхали что-нибудь про генерала Шатенфельда?

— Ничего.

— Чем Осмоловский мог заинтересовать Тайную экспедицию?

— Этот вопрос уже к вам, дорогой Станислав. Вижу, что вам спросить больше нечего, а потому слушайте сейчас меня. Я догадывался, что Софи, вернее, Екатерина, принудит меня отказаться от польского престола. Я сделал все, что было в моих силах, для бедной Польши. Меня часто упрекают, что я шел на поводу у России все эти годы. Смею вас уверить, пан Станислав: займи я тогда иную позицию, от Польши уже давно бы ничего не осталось. И стоило бы это полякам гораздо больших жертв. Однако пускай меня судят потомки. Довольно об этом! Итак, Польша осталась без короля. Опыт Франции показал, что Европа пока не готова к столь радикальным переменам в общественном устройстве. Свобода, равенство и братство, провозглашенные французскими революционерами, в итоге сменились ужасной тиранией горстки безумцев и хлынули кровавым потоком сначала по улицам Парижа, а теперь грозят затопить всю Европу. Худшее только впереди. Вспомните Святое Писание: сам Бог даровал людям первого царя. И заметьте – по их доброй воле. С тех пор ничего не изменилось в человеческой природе. Уверен, Екатерина того же мнения. Необходимо возродить монаршую власть в Речи Посполитой. Оставить хоть клочок земли для возрождения новой Польши. Лучшего претендента на престол, чем Тадеуш Костюшко, не сыскать. Что же вы так удивились? Забудьте про его восстание и баталии против русских. Там, где речь идет о большой политике, о подобных пустяках никто не вспоминает. Я и сам успел повоевать с Россией, пока был королем. Просто слушайте, что я вам скажу. Это не для вашего ума. Она поймет!