Книга Остров Спящей Женщины, страница 68 – Артуро Перес-Реверте

Лонкар взглянул на часы: оставалось десять минут до сеанса связи, назначенного ровно на девять.

— Милые сеньоры, меня призывает борьба за счастье народное. – Он потушил сигарету и поднялся. – Так что позвольте…

Сестры закивали. Любое упоминание о долге перед народом переполняло их благоговением.

— Конечно, товарищ. Не задерживайся ради нас.

— Если кофе остался, потом выпью еще чашечку, и послушаем радио.

— Да-да, конечно. Скоро начнется «Турандот»… Ждем тебя. Ступай, занимайся своими делами.

В сопровождении одного из котов, который сперва потянулся на ковре, а потом последовал за ним, не отставая, Лонкар поднялся на второй этаж, снял чехол с приемника и проверил, все ли в порядке. Благо до передачи оставалось еще пять минут, остановился перед шахматным столиком и, не присаживаясь, взглянул на положение фигур в неоконченной партии с неведомым соперником, служившим на узле связи в Сьюдад-Линеале. Наилучшим решением показалось ему переместить коня на третье поле ферзевого слона, на что противник, вероятно, ответит пешкой-ладьей, к чему Лонкар был готов. Он поглядел на кота тигровой расцветки, который не без опаски смотрел на него:

— Ну а ты бы как сыграл, Мисифус?

Ответа не последовало. Радиотелеграф запищал, и с бобины стала выползать лента, испещренная тире и точками. Завершив прием, Лонкар выстучал ответ и добавил после небольшого раздумья: «C3AD». Потом выключил прибор, открыл шифроблокнот и принялся раскодировать сообщение, меж тем как кот, пристроившись у стола, глядел на него так, словно понимал.

Расследовать инцидент проливе кафирефс предмет возможной активности кораблей всей видимости фашистского флота соблюдать предельную осторожность сообщать подробно любых угрожающих признаках

Внизу сестры включили радио: из лестничного пролета доносился баритон, по-итальянски рассказывавший, что персидский принц, не выдержав испытания, устроенного ему принцессой Турандот, собирается умереть. Откинувшись на спинку стула, Лонкар прикурил сигарету и перечел депешу из Главного морского штаба Республики. Потом развернулся на стуле, глубоко затянулся и выпустил облако дыма прямо в мордочку кота, но тот не отпрянул, а остался невозмутим – лишь напряг хвост и взъерошил шерсть на выгнутой спине.

Вот бы всем нам такое хладнокровие, подумал Лонкар.

Пришла пора этой твари Пепе Ордовасу развязать язык.

— Очень любезно было с вашей стороны, – сказал Пантелис Кательос, – принять наше приглашение.

Они говорили по-гречески и время от времени переходили на английский. Барон сидел во главе стола, имея по правую руку испанского моряка, а по левую – Лену. И спиной к свету, что позволяло ему, оставаясь в полутьме, отчетливо видеть лица жены и гостя. Ничего случайного в такой рассадке не было.

— В самом деле, это очень любезно, – повторил он.

Служанка подала второе блюдо – запеченную ногу ягненка с майораном и перцами – и удалилась. Аккуратно действуя серебряными ножом и вилкой, барон отрезал крохотный кусочек, положил его в рот и удовлетворенно кивнул. Ирини готовила превосходно.

— Это я благодарен вам за приглашение, – сказал Хордан.

Кательос, прикоснувшись салфеткой к губам, покачал головой:

— В каком-то смысле вы – наш гость. Равно как и ваши спутники, но мы не можем принять всех.