Книга Стратегия лени: Как случайно спасти Империю и выйти замуж, страница 108 – Е. Лань

Он шагнул вперед, направляясь к выходу из Павильона Небесной Ясности, толпа гвардейцев и чиновников расступалась перед ним, низко склоняя головы.

Я закрыла глаза, смирившись с неизбежным. Моя война за право быть никем была окончательно проиграна. Но, уткнувшись лицом в изгиб его шеи, слушая мерный, сильный стук его сердца прямо под моим ухом, я вдруг поняла, что совершенно не хочу побеждать в этой войне.

Его руки были твердыми и надежными. Они не дрожали, несмотря на тяжесть моего тела и боль в его собственной ране. Он нес меня по бесконечным, запутанным коридорам дворца, освещенным лишь редкими, наспех зажженными фонарями.

Холодный ветер гулял по открытым галереям, но я его не чувствовала. Жар тела Ли Джина согревал меня лучше любой пуховой перины.

— Мы идем не в мой павильон, — сонно пробормотала я, когда поняла, что мы сворачиваем в крыло, принадлежащее исключительно императорской семье.

— Павильон Убывающей Луны слишком далеко, и там сейчас небезопасно, пока стража не зачистит все сектора, — ответил он, не сбавляя шага. — Вы будете спать в моих покоях, там самые толстые стены и самая надежная охрана.

— Но это неприлично, — я сказала это скорее по привычке, чем из реального возмущения, мой язык едва ворочался.

— После того, как мы прятались в сточной канаве гильдии контрабандистов, рассуждать о приличиях немного поздно, моя Тень.

Наконец, мы достигли Восточного Дворца, массивные двери его личных покоев распахнулись перед нами.

Внутри было тепло. Воздух был пропитан запахом хвои и хорошей туши — его личным ароматом, который я успела так хорошо изучить за время наших вечерних совещаний.

Ли Джин пронес меня через кабинет и вошел в спальню, осторожно опустил меня на свою кровать.

Это было не мое роскошное кедровое ложе с горами пуха. Это была строгая, жесткая постель правителя, застеленная плотным темным шелком, но в этот момент она показалась мне самым прекрасным местом во вселенной.

Как только моя спина коснулась матраса, я испустила долгий, протяжный стон облегчения. Мои мышцы наконец-то расслабились, превратившись в желе.

Принц не стал отходить, он сел на край кровати рядом со мной.

— Воды, горячей воды и чистые ткани, немедленно, — бросил он в сторону дверей, где уже суетились его личные слуги.

Я приоткрыла глаза. Ли Джин склонился надо мной. Он не стал звать служанок, чтобы они переодели меня, его пальцы, всё еще испачканные гарью и кровью, потянулись к завязкам моего мокрого, тяжелого чан-ота.

— Ваше Высочество… — слабо запротестовала я, когда он начал осторожно развязывать жесткие узлы на моей груди. — Вы же Принц, вы не должны служить мне.

— Я мужчина, который заботится о своей женщине, Ю-Ри. Принцем я буду завтра утром, когда придется разгребать этот политический мусор, — его голос был тихим, пропитанным нежностью. — Позвольте мне позаботиться о вас. Вы слишком устали.

Я не нашла в себе сил спорить, и позволила ему стянуть с моих плеч промокшую накидку, затем тяжелый верхний халат, оставив меня лишь в тонком белом нижнем платье, которое, к счастью, почти не пострадало.

Слуги бесшумно внесли в спальню медный таз с горячей водой, от которой исходил аромат целебных трав, стопку белоснежных полотенец и тут же исчезли, плотно закрыв двери.