Книга Юрист отверженных, страница 17 – Селина Катрин

— Я, наверное, пойду? – тихо спросил он.

Какой умный мальчик. Я даже чашкой отсалютовала.

— Ага, давай. Хлопни дверью посильнее, она сама закроется.

Он несколько секунд всматривался в моё лицо, затем прикусил губу и посмотрел в окно, где в рассветных сумерках сияли многочисленные диодные вывески и рекламные установки.

— Ульян, я только хотел сказать, что сожалею, что назвал тебя именем несостоявшейся невесты. Уверяю, что я прекрасно осознавал, с кем провожу ночь, и меньше всего на свете хотел тебя обидеть.

Я кивнула.

— Всё в порядке, Мишель. Мы ни о чём не договаривались и ничего друг другу не обещали. Это был хороший одноразовый секс, но тебе уже наверняка пора на работу и на свой Цварг.

От этих слов полуцварга перекосило, но он кивнул без возражений.

— Да, хорошо. Я оставил на столе свой номер коммуникатора… Если вдруг захочешь встретиться…

Видимо, мой взгляд стал очень выразительным, потому что Марсо тут же заторопился:

— Я имею в виду, если тебе захочется сходить в иллюзион, или парк аттракционов, или всё что угодно, как тут принято развлекаться, я буду рад составить тебе компанию. Чисто по-дружески.

«Угу. И вновь залезть мне под юбку… По-дружески, разумеется».

Адвокат наконец-то ушёл, оставив после себя бутылку шэйтарри в вазе из-под цветов и мелованную визитную карточку с подписью «Мишель Марсо. Индивидуальный юридический консультант по законам Цварга». Я постояла более пяти минут, разглядывая утончённый дизайн визитки, плавные, но строгие завитушки, а также строгий набор цифр внизу карточки. В конце концов, вздохнула, порвала визитку и сказала самой себе:

— Я живу на Тур-Рине, и юрист на Цварге мне не нужен. Мне вообще никто не нужен, хотя секс с Мишелем, безусловно, был фантастичным.

Глотнула шэйтарри.

Месяц спустя. Ульяна Ласка

Данька вертелась на барном стуле у меня на кухне, вгрызалась в яблоко зубами, громко и аппетитно хрустела, умудряясь одновременно смеяться и тарахтеть о последнем деле, которое они закрыли с Фабрисом:

— …в розетке! Ха! Представляешь? Эмиссариат все стены простучал, найти тайник не мог, а я торшер попыталась включить – не работает, и сразу сообразила, что преступники в спешке электричество подвести не успели, и объяснила, что это не перегоревшие провода, а мини-сейф!

Она крутилась на высоком стуле и весело болтала ногами в воздухе, рассказывая о работе. Её глаза сияли, и не надо было быть экстрасенсом, чтобы понять, что подруга счастлива. Пожалуй, я впервые за долгое время видела её настолько удовлетворённой жизнью, без печати усталости на лице из-за отсутствия выходных и нужды хвататься за любой грошовый заказ, без лёгкой грусти из-за очередного разговора с родителями или нездорово лихорадочного блеска, когда ей пришла очередная «гениальная» мысль проследить за кем-то. Что уж тут говорить, но Фабрис Робер, эмиссар высшего звена Службы Безопасности Цварга, какой бы суровой и неприступно-идеальной глыбой льда ни выглядел со стороны, оказался тем самым мужчиной для лучшей подруги.

— Слушай, я тут что-то тараторю-тараторю, – внезапно оборвала саму себя Даня и стала предельно серьёзной. – А как ты-то? Я ведь на Тур-Рине теперь больше пролётами – куда нас с Фабрисом только ни посылают…

Я хмыкнула. В отличие от меня, Данька действительно всей душой обожала Тур-Рин и, кстати, именно поэтому продолжала платить аренду за свою квартиру, хотя и не каждый месяц прилетала сюда.