Онлайн книга «Генетика любви»
|
— И во всех этих браках имелся лишь один наследник, я проверил. АУЦ посчитало это достаточным, чтобы заявить, что долг перед расой выполнен, тогда как, говоря научным языком, генетический вклад в бессмертие каждого из супругов составил всего лишь ноль целых пять десятых генов. В данном же контексте мы имеем дело с коэффициентом единицы. Госпожа Мэрриш перевыполнила план, родив сразу двух детей, а следовательно, она имеет право на поблажки. Мужчины за кафедрами переглянулись. — Но мы не учитывали количество детей для расторжения брака… – пробормотал один из них. — Но это же нелогично! – Себастьян ловко крутанулся на каблуках и прошел в центр помещения. – Как я понимаю, ключевым фактором для принятия решения совета являлось именно наличие чистокровных детей. Если вам так важен факт наличия, то как же вы не учитываете их количество?! — Да, но… если господин Мэрриш против, мы ничего не можем поделать, – вновь взял слово председатель. – А вы, собственно?.. Повисла крошечная пауза. — Себастьян Касс, профессор астробиологии и межгалактической генетики. «К чему все эти сложности? Чего он добивается?» – подумала я про себя, с изумлением наблюдая за происходящим. — Ах, профессор генетики… Краем глаза я уловила, как Морис о чем-то яростно перешептывается со своим юрисконсультом. В конце концов муж мотнул головой и, явно нервничая, поднялся с места. — Я прошу прощения, сэр, но разве этот… – он напрягся, пытаясь вспомнить термин, которым оперировал Себастьян, – вклад в бессмертие… он что-то значит? Жена вошла в мой ближний круг, а потому я ни за что не дам согласия на расторжение брака. Господа, – он развел руками, – вы же цварги, вы все прекрасно понимаете. По тому, как победно сверкнули синие глаза Себастьяна, я уловила, что именно этого он и добивался: вынудить Мориса признаться в ближнем круге! Но в чем разница с его первым «нет, сэр»? — Конечно значит! Аппарат Управления разрабатывает законы на основании пользы для расы, и не учитывать этот момент было бы глупо. Каждый ребенок наследует ровно половину хромосом от обоих родителей. Больше детей – больше генов конкретной особи в генофонде, – сообщил Себастьян тоном лектора, заставив членов АУЦ задуматься, и как ни в чем не бывало уточнил у моего супруга: – Значит, вы очень сильно любите жену? — Да! Ответ Мэрриша прозвучал с неприкрытым вызовом. — Вы, наверное, очень сильно скучали, пока ее не было дома? — Разумеется! — И считаете, что она будет счастлива с вами? — Да, – вновь гаркнул Морис, но уже не так уверенно. — Вы знаете, что за ложь и введение совета в заблуждение существует ответственность?! — Да что вы себе позволяете, господин Касс! – взъярился Морис, и тут уже председателю пришлось постучать молоточком, чтобы успокоить расшумевшихся мужчин. — Господин Мэрриш, разумеется, никто не будет отбирать у вас жену, если вы утверждаете, что сформировалась привязка, – пробормотал цварг, бросив недобрый взгляд на Себастьяна. – Мы не подписываем смертные казни гражданам. Касс же вдруг одобрительно закивал: — Все так, уважаемые сенаторы, но вот загвоздка. Я считаю, что этот мужчина искусно лжет и никакой привязки у его организма к бета-колебаниям госпожи Мэрриш нет. На несколько секунд в зале поднялся гул: Касс бросил очень серьезное обвинение. |