Книга Генетика любви, страница 90 – Селина Катрин

Все мужчины за кафедрами потянулись к планшетам перед ними, которые до сих пор лежали с выключенными экранами, и я их ошибочно принимала за часть мебели. Себастьян Касс с легкой улыбкой подошел ко мне, а я смотрела на него широко раскрытыми глазами и не могла поверить в то, что он это сделал. Сердце билось так часто, что, казалось, вот-вот проломит грудную клетку. Уже сейчас на общем табло отражался процент проголосовавших, и было понятно, что большинство на нашей стороне.

— Ты почему не сказал, по какой причине не хочешь, чтобы я и дети виделись с Морисом? – спросила я Себастьяна.

Я попыталась вложить в голос упрек, но почему-то тянуло на улыбку.

Бездонные синие глаза посмотрели на меня с искрами смеха.

— Это называется слепой эксперимент. Если испытуемые в курсе, что над ними проводится опыт, он уже перестает быть опытом. Морис постоянно тебе звонил и писал: ты могла непреднамеренно оговориться…

Я лишь покачала головой и вздохнула. Вот же… хитрец!

— Итак, результаты готовы, – вновь раздался голос ведущего заседание. – Тридцать восемь голосов за развод, пять против, двенадцать воздержались. Абсолютным большинством принято положительное решение по вашему заявлению. Поздравляю, госпожа Орианн Ор’тэйл, теперь вы незамужняя женщина. Господину Мэрришу назначается штраф в пятнадцать тысяч кредитов за подкуп должностного лица и намеренное введение членов АУЦ, в заблуждение касательно наличия привязки.

— Но… но… – Морис позеленел, услышав сумму, и, честно говоря, мне стало его жалко. – У меня нет таких денег… – пробормотал он, чуть ли не рыдая.

— Нет? Хм-м-м… – Председатель вновь посмотрел на мое заявление. – Здесь указано, что вы владеете элитным жильем и являетесь специалистом по логистическим операциям. На Цварге прогрессивная система штрафов, согласно заработку гражданина.

Я заполнила поле «профессия мужа» по привычке, указав именно ту формулировку, которую он предпочитал озвучивать многочисленным друзьям. У Мориса буквально на лице было написано, как жадность борется с гордостью. Наконец первая победила.

— Жилье в ипотеке и до сих пор оплачивалось на родительские дотации. А что касается профессии… это слишком громкое название. Я всего лишь рядовой шофер.

— О! – произнес член АУЦа обескураженно и задумчиво потер подбородок. – Тогда штраф понижается до четырех тысяч кредитов.

Морис явно хотел спорить и дальше, но в этот момент взволнованный цварг в черной с серебром форме ворвался в зал, подбежал к председателю и что-то произнес ему на ухо.

— Не понял… В смысле? – пробормотал тот в ответ.

Охранник хотел что-то повторить, но тут под сводами всего зала разнеслось:

— Уважаемые сотрудники и посетители Серебряного Дома. Настоятельная просьба покинуть здание как можно скорее. Это не учебная эвакуация. Повторяю…

Орианн Мэрриш

В голове пульсировало одно и то же слово: «Мальчишки!»

Не знаю, как Себастьян понял по моему выражению лица, о чем я думаю, но он подхватил меня под локоть и в возбужденно-недовольном потоке цваргов помог выплыть в нужный коридор, а затем и на лестницу – лифты оказались переполненными.

— Направо! Здесь налево! – крикнул он, каким-то образом ориентируясь в хитросплетении холлов Серебряного Дома.

Мы ворвались в небольшую комнатку как раз тогда, когда трое перепуганных охранников пытались объяснить что-то высокому грозному цваргу в черных с серебром одеждах с внушительными рогами-резонаторами.