Книга Принцесса Восточного Созвездия, страница 59 – Селина Катрин

Я кивнула, а он принялся заправлять рубашку так активно, словно не его только что ударил паладин. Секунда-другая — и дверь открылась. Идрис окинул нас строгим взором:

— Лошади готовы. Вы поедете, санджар Робер?

— Да, разумеется. — Цварг вскочил с кресла и прошёл на выход лёгкой походкой. Если бы я не знала, что самолично проткнула его торс, то никогда бы не подумала, что у него рана.

— Храни вас Владыка, — прошептала я, когда шаги стихли.

Янн Робер

Когда мы выдвинулись в путь, солнце давно сошло с зенита. Я мрачно ехал на лошади, стараясь особенно не шевелиться, и каждые полчаса прикладывался к фляге. Воду я демонстративно набрал из колодца. После того, как я победил Гафура на поединке, ни один террасорец не посмел напомнить чудесное изречение, что воду хлебают только скотина да женщины.

Эмир большую часть пути общался со своим сыном Ихмером, а потому я со спокойной душой сжимал руку в кулак, стараясь остановить кровотечение. Рану на животе Шейна перевязала, а вот рука, покрытая лишь искусственной кожей, вновь начала кровить. К счастью, вода из фляги быстро смыла следы крови, а стража, которую взял с собой эмир, держалась на почтительном расстоянии и ничего не увидела. После заседания суда я чётко понимал, как жёстко подставлю принцессу, если дам кому-либо понять, что она меня ранила. Суда над Инной Фархас мне хватило за глаза, а вот как Шейна это провернула и почему — ещё предстояло узнать, когда вернусь во дворец.

Земля и песок исходили жаром. Даже лошади ступали неохотно, словно боялись обжечь ноги. Я мысленно радовался, что плащ сшит из технологичной теплоотводящей ткани. Не представляю, как все эти люди живут на Террасоре. Хорошо, что здесь хотя бы вода есть в колодцах.

На выходе из Аль-Мадината наш небольшой отряд свернул не на северо-восток, где я оставил «Галилею», а на юг. Сёла и поля пшеницы достаточно быстро сменились бескрайним песочным морем. Никогда раньше не замечал, что у песка бывает столько оттенков. Если ближе к городу дорога была скорее сероватой и бледно-жёлтой, то, постепенно удаляясь от Аль-Мадината, пейзаж приобретал насыщенный охровый оттенок.

Знойный ветер бил в лицо, закидывая колючие песчинки за шиворот. Я приспособил ворот плаща так, чтобы закрыть им нос и рот, но всё равно дышать было ужасно неудобно. Длинные ноги кобылицы начали постепенно увязать в рыхлом песке, и когда я подумал уточнить, почему мы отправились в пустыню на лошадях, а не на более подходящих для этого верблюдах, в песчаной дымке вдруг возникли скалы.

— А вот и наша цель! — Эмир неожиданно развернулся и довольно крикнул сквозь ветер, а затем словно мальчишка пришпорил своего жеребца. Пришлось, сжав зубы от боли в боку, рвануть за Идрисом.

Вход в скальные пещеры охраняло два десятка суровых воинов в кольчужных рубахах поверх длинных светлых одежд и в высоких кожаных сапогах. На головах вместо объёмных тюрбанов со вставками металлических пластин, какие носили городские паладины, красовались облегчённые, но полноценные шлемы. И, конечно же, экипировку завершали попарно скрещенные алебарды и ростовые щиты — на мой взгляд, ещё более громоздкие и неудобные, чем те, с которыми меня встретил Деорса.

— Охраняют драгоценность Аль-Мадината! — не без гордости сообщил эмир, поймав мой взгляд, и резво спрыгнул со своего жеребца.