Книга Папа для особенной звёздочки, страница 91 – Селина Катрин

Адмирал Хольмарк нашёл в себе силы написать благодарность.

Элоди болтала ножками, сидя на металлическом столе в медотсеке крейсера. Док Веллсарр закончил обследование и похвалил её за терпение, дав в награду уже не каменную розу, а огурец. Девочка с удовольствием взяла его из рук мужчины. Сложно было поверить, что эта весёлая маленькая террасорка несколько дней назад до крови билась головой об пол.

— Как ты считаешь, что с ней было? — спросил Ксайрон.

Он опёрся бедром на столешницу, и мелкая тут же залезла к нему на руки, предлагая накормить его полученным огурцом. Ксайрон включился в игру и откусил зелёную попку.

— Сложно сказать. — Корабельный док почесал подбородок. — Я посмотрел заметки коллеги с Цварга, он пишет, что у Элоди было небольшое воспаление уха.

— То есть ты хочешь сказать, что это реакция на боль? Ей было настолько больно?! — удивился Ксайрон.

В «Гепарде» он, конечно, принюхивался к Элоди в ментальном плане, но, помимо еле заметной мяты, от неё ничем не веяло. А он хорошо научился улавливать оттенки её эмоций. Опять же, это шло вразрез с поведением малышки, когда она облилась кипятком.

— Нет, я хочу сказать, что ухо стало катализатором, а что-то другое вогнало её в стресс. — Док задумчиво посмотрел на адмирала, который машинально потискал Элоди, а затем и подбросил несколько раз вверх. От этих действий дочь всегда приходила в восторг. — Есть у меня одна идея, но… она покажется немного странной.

— Выкладывай, — тут же разрешил Ксайрон.

Док чуть помедлил, подбирая слова.

— У Элоди явно снижена чувствительность по ряду каналов. Нервные окончания работают иначе. Где обычному ребёнку достаточно лёгкого прикосновения, ей… как будто пусто.

Он кивнул на девочку, с довольным сопением вжимавшуюся в грудь адмирала, обхватив его за шею.

— Если бы она была поменьше, то я посоветовал бы вам пеленать её. Раньше, в докосмическую эпоху, человеческих детей пеленали очень туго. Это делали не из жестокости — наоборот. Давление давало ощущение границ тела, безопасности, «я здесь». А у Элоди, с её сенсорикой, этого ощущения почти нет. Я бы сказал, что за то время, пока вас не было, она изголодалась по тактильным ощущениям. Стресс накопился и вылился в истерику.

Ксайрон задумался.

Дуся действительно отлично ухаживала за ребёнком, но не обнимала и никак не трогала Элоди, если в этом не было необходимости. На Цварге с их чтением бета-колебаний, наоборот, считалось неэтичным лишний раз прикасаться к гуманоиду без его разрешения. Даже к детям. Лолита — та да, по-житейски обнимала и брала Элоди на руки, но она приходила к Ксайрону вначале один раз, а затем — два в неделю.

Могли ли слова дока быть правдой?

— Но это иррационально, — всё же засомневался адмирал. — Элоди никого к себе не подпускает и никому не доверяет. Если бы она хотела больше сенсорных ощущений, разве она бы не просилась на руки ко всем? Она же категорически отказывается идти на контакт с тем, кого не знает.

— А вы бы хотели, чтобы вас обнимали незнакомые гуманоиды? — вопросом на вопрос ответил Веллсарр.

Крыть было нечем.

— Ей нужны «тиски». В хорошем смысле. Давление. Объятия, утяжелённые жилеты, плотные коконы, гамаки, где её сжимает со всех сторон. Не ласка — опора.

Ксайрон медленно кивнул. Внутри что-то щёлкнуло и встало на место. Он вспомнил, как Элоди лучше всего засыпала в гамаках. Как успокаивалась, когда он крепко держал её, почти не двигаясь. Он помолчал некоторое время, переваривая услышанное. Док внезапно кое-что вспомнил: