Книга Папа для особенной звёздочки, страница 90 – Селина Катрин

Катастрофа разворачивалась прямо на глазах. Гуманоиды отказывались верить, что корабль Цварга прибыл на переговоры с мирными целями. Карта пространства, заботливо показываемая «Гепардом», окрасилась в красный цвет. Контуры многочисленных кораблей дрогнули, щиты пошли волнами — системы наведения входили в боевой режим.

— Сэр, я вас вижу, вы в сорока секундах полёта… Мы держим для вас открытым шлюз, но умоляю, разворачивайтесь! Вас ещё может не задеть, — по второму каналу послышался голос Тарсия. — Я велю подготовить оружие.

— Стоять! — рявкнул Ксайрон в эфир, но его голос утонул в общем гаме. — Тарсий, отставить оружие. Всё на щиты!

Переводчик захлёбывался, резал фразы, искажая их до крика и визга. Это был уже не спор. Это была точка, после которой стреляют.

Ксайрон даже не стал отключать канал. Просто дал тягу.

«Гепард» сорвался вперёд как пуля. Это был его максимум. Перегрузка вдавила в кресло, пространство сжалось до визга обшивки. Элоди вскрикнула — коротко, резко — и он тут же прижал её к себе, одной рукой удерживая, другой ведя истребитель в узкое горло шлюза. В последний момент Ксайрон развернул истребитель задом, гася скорость маршевым межзвёздным двигателем, чтобы не повредить крейсер.

Удар вышел жёстким, но рассчитанным. Магнитные захваты сомкнулись. «Гепард» скрылся в шлюзе, а ещё через шесть секунд из истребителя вышел адмирал. Но не в коридор «Восхода», а в прозрачную сферу для переговоров. Пол под ногами дрогнул, интерфейсы вспыхнули, камеры автоматически взяли его в фокус.

— Если кто-то из вас сейчас откроет огонь, первым погибнет «Восход». И это будет означать, что вы сознательно отвергли мир. Вы готовы взять на себя эту ответственность?! — рявкнул адмирал Эллариан в громкоговоритель арбитра. — Я сейчас нахожусь в сфере для переговоров и своим примером показываю, что никакая это не ловушка. Присылайте делегации, давайте уже решать территориальные разногласия.

И весь участок космоса увидел.

Адмирала Цварга.

Без шлема.

Без оружия.

С ребёнком на руках.

Элоди прижалась к нему, вцепившись пальцами в китель. Её лоб был заклеен, золотые кудри слиплись, глаза — огромные, испуганные. Она удивлённо смотрела на россыпь кораблей за прозрачными стенами и молчала.

Целую вечность длилась пауза. Затем кто-то спросил:

— Адмирал… у вас на руках ребёнок?

— Да, это моя дочь, — ответил Ксайрон, чувствуя усталость. — Вы хотели гарантий, что это не ловушка? Так вот они. Если вы начнёте стрелять — вы убьёте не только меня, но и трёхлетнюю девочку. Вы такое потом не отмоете ни договорами, ни извинениями.

Орудийные контуры начали меркнуть.

Кто-то выругался — уже шёпотом.

И в этот момент стало ясно: стрелять уже никто не сможет.

[11]Об этом и других особенностях воздействия бета-колебаний на женские организмы догадывается учёный Себастьян Касс в книге «Генетика любви». События «Генетики любви» происходят приблизительно на пятьдесят лет раньше данной истории, когда разводы были запрещены.

«Восход» медленно возвращался на Цварг уже без тревог и красных контуров на тактических картах. Переговоры завершились. Часть шахт Нор и Хайр поделили между собой, часть остались спорными, но главное — война не состоялась. История, которая могла стать хроникой разрушения, превратилась всего лишь в сухую строку рапорта: «Конфликт предотвращён».