Книга Каролина. Часть четвертая, страница 36 – Мэри Ли

Не оборачиваясь к нему, продолжаю разглядывать окрестности. Представляю, как раненые, но желающие жить молодые люди бегут в неизвестность, кто-то из них не добирается до скрытого от мира оазиса и погибает от ранений или ловушек мутировавшего леса.

От запястий до плечей пробегает толпа мурашек. Неприятных. Холодных и колючих.

— Как вы выжили? – еле слышно спрашиваю я.

— Благодаря Брайану, разумеется.

Тут я не выдерживаю и встаю лицом к Дейлу. Он с грустью смотрит на ветви, и, кажется, находится не здесь. Дейл увяз в воспоминаниях. Он не объясняет мне, что такого сделал Брайан, раз они смогли пройти эти леса. Не считает нужным делиться той частью их жизни, в которой обо мне даже речи не шло.

— Я рада, что вы выбрались, – говорю я и сжимаю плечо Дейла.

Желая его подбодрить и вырвать из лап воспоминаний, я даже не подумала, как это будет выглядеть со стороны. По сравнению с Дейлом я слишком низкая и худая, моей потрепанной энергии не хватит, чтобы поддержать высокого, широкоплечего и слишком скрытного Дейла. Все же он отвлекается от разглядывания алых ветвей и переводит внимание на меня. Становится понятно, что физическая сила не равна внутренней. Взгляд Дейла меняется, он поджимает губы и накрывает мою руку своей.

— И я рад, – только и говорит он.

— Пора, – командует Адриан, закрывая дверь за доктором, а потом сам садится в машину на место водителя.

Мы с Дейлом направляемся к транспорту, берусь за дверную ручку, как слышу тихий, но уверенный голос напарника по патрулю.

— У меня много братьев, но сестры никогда не было.

Встречаюсь с ним взглядом. Губы Дейла вздрагивают в мимолетной улыбке, а я чувствую тепло в груди.

— У меня были братья, но язык не повернется их так назвать, – признаюсь я.

Дейл мнется на месте, переступает с ноги на ногу. Он похож на ребенка, который застеснялся чего-то вполне естественного.

— Можешь называть так меня.

На этих словах Дейл заканчивает терзать мне душу и садится на пассажирское место, я размещаюсь за его спиной. Я еще долго думаю о том, насколько бы было замечательно если бы Адриан и Дейл действительно были моими братьями. Прихожу к выводу, что не кровь создает самые сильные связи. Вовсе нет. Прочные цепи взаимопонимания, любви, дружбы и преданности не куются на крови, они выстраиваются из-за людей и их отношений друг к другу.

Дорога продолжается, и стоит мне подумать, что я, вероятнее всего, никогда не найду место, где смогу осесть и больше не колесить по мутировавшему миру, как меня уносит в сон.

Снится мама. Я не вижу ее лица, но знаю, что в лучах света, среди синей тьмы находится именно она. Пытаюсь преодолеть разделяющее нас расстояние, но топчусь на месте. Бегу изо всех сил. Проходит вечность, и начинается следующая, а я все бегу и бегу. Руки и ноги постепенно тяжелеют.

Я не могу пройти эти жалкие десять метров.

Не могу добраться до нее и останавливаюсь, бросаю попытки.

Мамы ведь больше нет.

Мне ни за что не дойти до нее, даже если удастся свернуть горы и переплыть все возможные реки вспять.

Из психоделического состояния меня вырывает голос Адриана.

— Приехали. Эшли, проснись, – по тону голоса можно догадаться, что он не в первый раз произносит эти слова.

Синева поглощает свет, открываю глаза.

— Приехали? – переспрашиваю я, разминая затекшую шею.