Книга Каролина. Часть четвертая, страница 33 – Мэри Ли

— Зачем?

— Кажется, это может вернуть меня, – спокойно произносит он.

Губы Адриана преобразуются в легкую, но напряженную улыбку.

— Не поняла, – пищу я.

— Если ты не заметила, то я немного изменился после яда. Волосы стали расти, слух немного притупился. Я будто снова… хочу жить.

Последнее предложение ложится между нами невысказанными мыслями. Адриан не хотел жить? Из-за изменений в его теле или из-за способностей, что не давали ему спокойно существовать? Не представляю, как он справляется с этим. Если бы я нон-стоп слышала пустые разговоры, чувствовала запахи, а ведь они по большей части неприятные, физически ощущала бы эмоции и секреты людей, то через пару дней сошла бы с ума.

— Думаешь, это из-за полыни? – уточняю я.

— Скорее всего. Не уверен.

— Попроси мутировавших? Сам ты не сможешь оставить город и искать полынь. Ты нужен Салему.

Адриан бросает на меня серьезный взгляд:

— Мутировавших я и так попросил, но о другом.

— О чем же?

Адриан пристально смотрит в глаза. Да, алые крапинки стали меньше. Мне не показалось.

— Они будут сопровождать тебя к Брайану.

— Ты думаешь, он одобрит?

— Не знаю, но у меня нет другого варианта. Тем более мое письмо будет касаться их.

— Мутировавших?

— Да. Я хочу, чтобы Брайан отдал им город, чтобы у них было место куда уйти. Чтобы их не истребляли, ведь они… такие же, как мы.

Киваю, но смутно представляю себе, что мутировавшие согласятся жить по правилам.

— А если они не захотят?

— Они хотят спокойствия с момента, как мутировали, – тяжело выдыхает он. – Не они чудовища, а люди.

— Ты это чувствуешь? Ощущаешь их потребности?

— Сильнее, чем мне бы того хотелось. Одним из мутировавших будет Джонни.

Стоит имени сорваться с губ Адриана, как я отправляюсь в подвал, пропахший нечистотами, потом и кровью. Лицо мутировавшего всплывает перед глазами. Я ведь и думать о нем забыла.

— Ты спас его? – еле слышно спрашиваю я.

— Это сделал Брайан, в один из визитов в Ротон.

— Визитов, – фыркаю я.

Мне становится спокойнее, что среди самых опасных существ будет тот, кого я знаю. Но помнит ли он меня? Это уже другой вопрос. Станет ли сопровождать нас после того, как Адриан поедет обратно?

На кухне во всю кашеварит Охра, когда мы с Адрианом спускаемся в холл, то дружный смех Дейла и Охры мгновенно прекращается.

Дейл умеет смеяться? Это настолько неожиданно, что моя челюсть падает вниз. А у Охры есть скрытый талант – влюблять в себя охранников.

— Как все прошло? – спрашивает Охра, неловко убирая прядь, выбившуюся из высокого хвоста. Ее щеки краснеют, будто мы застали их в постели.

— Как обычно, – говорит Адриан и направляется в сторону выхода. – Буду у ворот, нужно побеседовать с патрулем.

Я же не могу оставить все, как есть. Скрывая улыбку, подхожу к столу и беру яблоко. Откусываю сочную мякоть, в этот момент входная дверь хлопает за спиной Адриана, перевожу взгляд с Охры на Дейла. Они молчат.

— Вы что… – начинаю я, но мне не суждено произнести вопрос полностью.

Охра начинает трещать, не умолкая, говорит обо всем, о чем только было можно и нельзя, а щеки ее тем временем настолько красные, что на них можно было бы приготовить яичницу. Не из яиц Дейла, разумеется, но он как будто и не против подкатить их к няне-сердцеедке. Дейл же открывает рот, потом снова его закрывает.