Онлайн книга «Крапива»
|
— Да не трогал я твою аэрдын! Муху согнал только. Остуди пыл. Шатай вздёрнул подбородок и стиснул рукоять меча. Губы у него были изрезаны и сочились кровью. С клинком целовался, что ли? — Я иду говорить с вождём. Когда закончим, скажу ему, что раб готов принять казнь. И нэ пытайся бэжать. Стэпь – наш дом. Мы найдём тэбя вездэ. Дерзкие речи заставили княжича разве что изломить брови. Он наклонился, проверяя, не осталось ли чего в котелке, и с сожалением разогнулся. Рёбра болели не меньше, а может и больше, чем когда этот самый юнец ударял по ним ногой. — Сразу видно, что ты из младших. Влас говорил громко, и Шатай, не выдержав, схватил его за локоть и оттащил подальше от девки. Ишь, до чего заботливый! Что-то не так он был заботлив, когда резал односельчан лекарки. — Почэму… Влас развёл руками. — Дурак потому что, вот и младший. Куда ж я побегу? Без еды, воды и калечный. — Аргх! Нэт! Почэму говоришь, будто нэ в плэну, а гость? Влас сощурился. — А я разве не гость? Был бы пленным, давно бы висел распятый на солнце, а птицы клевали бы мне глаза, так у вас принято? А ежели оставили меня живым, да лечите… Авось договоримся. — Мы нэ договариваемся с трусами! Он пихнул княжича в грудь, но тот даже не покачнулся. Одним богам известно, как Влас не подал виду, но жаловаться на раны перед врагом – последнее дело. — Конечно. Вы только режете деревенщин, что и вооружиться толком не могут. — Мы убиваем мужэй! — А ещё детей, стариков и… собак, как я мыслю, – докончил за него княжич. Шатай подошёл к нему непозволительно близко, заглянул в глаза. Встретились раскалённые чёрные угли и серые ледяные озёра. Влас глядел спокойно и улыбался. Уж чему-чему, а улыбаться тем, кого собирается убить, он умел. — Когда аэрдын проснётся, – медленно и чётко отчеканил шлях, – скажи, что я приходил спэть ей. В послэдний раз. Нечто шальное звучало в его голосе. Отчаянное и глупое. Влас быстро ответил: — Вот ещё. Я гонцом не нанимался. Шлях так и разинул рот. — Я нэ прошу, я приказываю тэбе! На сей раз Власу пришлось зажать себе рот ладонью, иначе хохотом мог разбудить весь лагерь. Присел на траву, подогнув под себя одну ногу и, кончив смеяться, фыркнул: — Ещё ты мне не приказывал. Я княжич. А ты в столице сапоги бы мне чистил. Он сорвал былинку и закусил зубами, а после расслабленно откинулся на спину, заложив руки за голову. Рёбра болели смертно, но показать гордому мальчишке, что ни в грош его не ставит, шибко хотелось. Шатай потоптался ещё маленько. Вроде и обиду без отмщения оставлять негоже, а вроде и спешил куда-то. — Я всё жэ убью тэбя. Позжэ. — Это если вернёшься, – отозвался княжич. – Сам же сказал, что приходил петь в последний раз. А оружия на тебе столько, сколько в бою не было. На это Шатай не сказал ничего. Он рассеянно коснулся меча, с него пальцы перескочили на рукоять ножа, а с неё на булаву. Влас следил краем глаза: пальцы у Шатая дрожали. — Эй, – окликнул он, когда шлях собрался было уходить. — Чего тэбе? — С кем биться-то собрался? — Это нэ твоё дэло! — Ну как знаешь. Влас равнодушно пожал плечами. — Нэ твоё, но я скажу. Аэрдын пожелала взять мэня в мужья. Шлях замолчал, выжидая, пока пленник изумится. Но тот лишь поторопил рассказ: — Ну? Шатай насупился. — Я просил вождя соединить нас прэд богами. А он… |