Онлайн книга «Крапива»
|
Чем кончилась бы драка, одной Рожанице ведомо, но та, как водится, несбывшегося не открывает. Недоброе остановила другая женщина. Крапива величаво вышла на крыльцо и намеренно громко хлопнула дверью. Она не кинулась разнимать мужиков и не завизжала, как сделала бы любая другая баба. Она и сама так сделала бы пару седмиц назад. Но нынче травознайка, познавшая Степь, скрестила руки на груди и гаркнула: — А ну разошлись! Домашние, ясно, наблюдали из-за Крапивиной спины, и Свея одобрительно пихнула Долу. — Молодец твоя девка. Дола же стояла ни жива ни мертва. Ох, и хороша аэрдын была в тот миг! С высоко поднятой головой, напряжёнными губами, которые так и тянуло расцеловать, в одеянии степной ведьмы, в котором травознайка и сама походила не то на колдовку, не то и вовсе на богиню. Она откинула за спину толстую косу и медленно грозно спустилась по ступеням. Нахмурилась, и мужчины нехотя разомкнули объятия. Они сидели пред ней в слякоти и ссадинах, а мелкий дождь смывал с них грязь вместе с достоинством. Не такими, ох, не такими мнили себя женихи! Крапива смерила их суровым взглядом. — Влас. Княжич приосанился, но важности в таком-то положении себе не добавил. — Я тебе доверилась. Он ухмыльнулся краем рта. — И, кажется, осталась тем довольна. Он глядел на неё так, будто девка стояла нагой, как тогда, в горячем источнике. Когда-то Крапива смутилась бы такого взгляда, но не теперь. — Я рисковала жизнью. Шатай предал родное племя. Ради тебя. Ради того, чтобы вернуть тебя живым. — А я разве о том просил? – вставил княжич. — И так ты там платишь за спасение?! — Не помню, чтобы в должники записывался! Крапива топнула и закричала: — Да хоть раз побудь же ты человеком! Неужто так сложно?! Тут уж княжич показал спесь. Он поднялся, и Шатай спешно последовал его примеру. Влас процедил: — Дура. — Что? — Что слышала! Дура и есть! Слепая, самовлюблённая… Я на тебе жениться хотел! Шатай не смолчал: — У нэё ужэ есть муж. А Влас ядовито поправил: — Тогда уж двое! — То, что вы мне под юбку залезли, не делает нас семьёй. И уж точно я не стану твоей женой по срединным обычаям, Влас. — Что же, если тебе больше по нраву иметь двух любовников, чем двух мужей… Будь кто малость внимательнее, заметил бы, как Дола схватилась за грудь. Но все в упор глядели на Крапиву. Та же и не подумала отпираться. Она процедила: — Я дала Шатаю слово, и я сдержу его. Я стану его женой. Не твоей. А ты, Влас, вернёшься к отцу. Такова твоя судьба. — А если мне не надо такой судьбы? Если я выбрал другую? — Значит придётся потерпеть. Разве не этому княжичей с младенчества учат? — Нас с младенчества учат брать силой то, что не удаётся миром, – был ответ. Крапива молвила: — Силой ты уже попытался. У тебя теперь до самой смерти о том есть напоминание. Влас потянулся к ожогу на щеке, но вовремя отдёрнул руку. Его взгляд лихорадочно метнулся от Крапивы к её родным и обратно, после чего княжич во всеуслышанье добавил: — Не думаю, чтобы тебе это не нравилось. Иначе ты не пришла бы ко мне сама и не попросила расплести косу. Крапива всё же вспыхнула, а Шатай снова ударил княжича кулаком. На сей раз Влас словно намеренно подставил щёку под удар, а получив его, развернулся и пошёл прочь. И тогда только все заметили, что Дола, тяжело дыша, сползла на пол. Чело её усеяли бисеринки пота, а руки пытались удержать выскакивающее из груди сердце. |