Книга Не сначала. Заново, страница 11 – Мира Чудновская

Тишина была долгой.

Слишком долгой.

Вера вдруг поняла, что сказала больше, чем собиралась. Не клиенту. Не комиссии. Себе.

Телефон в кармане завибрировал снова и снова.

Она не стала смотреть.

После встречи все вышли на улицу. Было уже темно. На территории горели прожекторы, мокрый снег летел в их свете белыми косыми линиями. Люди расходились к машинам, хлопали дверями, ругались на грязь.

Вера стояла у входа, пытаясь застегнуть пальто, но пальцы не слушались.

— Вы замёрзли, — сказал Матвей.

— Вы сегодня уже использовали эту реплику.

— Она снова актуальна.

Он подошёл ближе и сам застегнул верхнюю пуговицу её пальто.

Это было почти ничего.

Но его пальцы коснулись ткани у её груди. Медленно, аккуратно. Не вторгаясь. И Вера вдруг перестала дышать.

Матвей тоже замер.

Снег садился ему на волосы. В свете прожектора он казался старше, чем днём. Не уставшим — настоящим.

— Вера, — сказал он тихо.

Телефон снова завибрировал.

Она достала его, будто это могло спасти.

На экране было семь пропущенных от Игоря и сообщение:

Игорь:

Алина у меня. Мы поговорили. Она не хочет с тобой обсуждать твоих мужиков. Позвони, когда перестанешь строить из себя свободную женщину.

У Веры всё внутри оборвалось.

— Что случилось? — спросил Матвей.

— Дочь у бывшего. Он… он забрал её после репетитора. Без предупреждения.

Она нажала вызов. Игорь сбросил.

Ещё раз. Сбросил.

Алина не отвечала.

Мир сузился до экрана телефона, мокрого снега и глухого стука сердца.

— Адрес, — сказал Матвей.

— Что?

— Где он живёт?

— Не надо. Я сама.

— Адрес.

В его голосе не было паники. И именно поэтому она смогла назвать.

Они ехали быстро, но не безумно. Матвей не задавал лишних вопросов. Не говорил «успокойтесь». Не произносил эту бесполезную мужскую мантру, от которой хочется кусаться.

Вера писала Алине.

Ты где?

Ответь, пожалуйста.

Я не ругаюсь. Просто напиши, что ты в порядке.

Через десять минут пришло:

Алина:

Я норм. Папа сказал, что ты занята своим новым мужиком и мне лучше переночевать у него. Я не хотела скандал.

Вера закрыла глаза.

Боль была такой острой, будто Игорь ударил не её, а дочь, просто её рукой.

— Она ответила? — спросил Матвей.

— Да. Она у него. Он сказал ей, что я занята вами.

Матвей ничего не сказал.

Но его руки на руле стали белыми на костяшках.

Игорь жил в новом доме у метро. После развода он снял квартиру «временно», но обставил её быстрее, чем за все годы их брака прикрутил тот несчастный крючок. Вера вышла из машины, не дожидаясь, пока Матвей обойдёт её, и нажала домофон.

— Кто? — голос Игоря был ленивый.

— Открывай.

Пауза.

— О, приехала. И охрану привезла?

Матвей стоял чуть позади. Спокойный. Очень опасный в этом спокойствии.

— Открывай, Игорь.

Дверь щёлкнула.

В лифте Вера смотрела на своё отражение: бледная, волосы влажные, губы сжаты. Шарф Матвея на шее. Дурацкая деталь, которая сейчас выглядела как улика.

— Я сам с ним поговорю, если надо, — сказал Матвей.

— Нет. Это моя дочь. Моя война.

— Я рядом.

И всё.

На лестничной площадке Игорь открыл дверь в футболке и дорогих домашних брюках. За его плечом пахло пиццей и новым ремонтом. Он посмотрел на Веру, потом на Матвея.

— Как мило. Семейный выезд.

— Где Алина?

— В комнате. Смотрит кино. Не устраивай драму.

— Ты забрал ребёнка без моего согласия и сказал ей, что я занята мужчиной.