Книга Эксперимент «Тринадцать», страница 103 – Татьяна Новикова

Захар заметил нас, когда Миша поволок меня во двор котельной. Горячий по молодости был, использовал каждую возможность. Не вовремя появился Артемьев. Наверняка решил, что Лихоманов меня насилует, разгневался, налетел. Миша и старше, и сильнее был. Ударил всего раз, Захар опрокинулся на спину. Неудачно упал, стукнулся головой. Мгновенная смерть. Испугались мы страшно. Я хотела бежать в участок за милиционером, но Миша не позволил. Что могла сделать я, студентка? Да и Захара не вернуть. Утром группа уезжала домой. Лихоманов решил все скрыть. Не портить же жизнь из-за ревнивого мальчишки. Закопал его в уголь в кочегарке. Сказал, что если и обнаружат, то времени пройдет много. Руководитель практики Захара рано утром в тайгу уходил, они уже попрощались. Миша подстраховался, подготовил заявление о решении продолжить практику, подделал подпись Захара, велел мне передать документ в академию.

— Так это Михаил Лаврентьевич решил спрятать тело? – переспросила Ася.

— Конечно, он же взрослый мужчина, преподаватель, – подтвердила Ольга Кирилловна.

— Когда начались ваши отношения с куратором?

— Еще в поезде, на второй день знакомства. Между нами искры летели. Я ночью встала и уже знала, что он ждет меня. Мы ушли в соседний вагон. Как оказалось, он договорился с проводницей, та пустила нас в свободное купе.

— А почему вы скрыли от Михаила Лаврентьевича, что Сергей не его сын?

— Я поняла, что беременна, уже после практики. С Захаром мы пару раз оставались наедине, но в отличие от Миши он был щепетилен, бережно ко мне относился, ему бы в голову не пришло заняться любовью в кочегарке или в тайге. Поэтому, от кого у меня ребенок, я не знала.

— Когда случилась трагедия с сыном, у вас не возникло мысли, что это не случайность?

— Я была уверена, что погиб не Сережа, поэтому гнала от себя все предположения. А вот Миша не сомневался, что в вагоне сгорел Сережа. Его это потрясло. Он и про уголь сразу понял. Считает воздаянием за грехи. Правда, когда пришли результаты экспертизы, у него вспыхнула на минутку надежда, а потом он догадался, в чем дело. Не думала, что ему это так важно.

— А когда вы узнали, что Сережа – сын Захара?

— Тогда же, когда и вы. – Ольга Кирилловна скривилась. – Все из-за вас. Из-за вас Миша оставил меня! Хочет развестись. Я ему, конечно, не позволю, но все это так неприятно.

— Вы знали, что у Михаила Лаврентьевича были другие женщины? – задала очередной вопрос Свистушкина.

— Мне это неинтересно. У меня есть все, что я хочу: звание, должность, деньги, дом. А Миша… Он мне изменил уже через месяц после свадьбы. Что ни год, то новая аспирантка. Вы думаете, что я про Самойлову не в курсе? Зашла как-то в кабинет супруга, а из-за шкафа раздаются характерные стоны совокупления.

— А вы любите мужа? – снова влезла Ася.

— Я любила сына.

— Потому что он был похож на вас? – не отставала Ворожцова.

— Да, красивый и умный… – Ольга Кирилловна заулыбалась.

— Эгоистичный и жестокий…

Глаза женщины сузились, и лицо стало неприятным.

— Он талантлив, это многое прощает.

— А я слышала, что хотя Сергей и был способным, но брал хваткой и умением произвести впечатление. – Ася не жалела материнское самолюбие.

— Да кто ты такая, чтобы судить о нем… Тварь! – Ольга Кирилловна теряла контроль.