Книга Наказана с наслаждением, страница 17 – Кира Эро

Третий оргазм был сильнее всех предыдущих — я задохнулась, выгнувшись под ним, чувствуя, как мышцы сжимаются, как волна накрывает с головой, и мир сузился до ощущения его внутри, его рук на моём теле, его дыхания, которое наконец-то участилось.

Он кончил, толкаясь последний глубоко, грубо.

Потом тишина.

Он вышел медленно, и я почувствовала пустоту — острую, почти болезненную, — которая заставила сжаться внутри.

Кьяртан отпустил мои руки, отступил, и я осталась лежать на столе, дрожащая, мокрая от пота, неспособная пошевелиться. Он застегнул брюки, поправил рубашку, и когда я наконец подняла голову, посмотрев на него, он улыбался — холодно, насмешливо.

— До встречи, Ренелин, — произнёс он, направляясь к окну.

— Стой… — прохрипела я, но он уже распахнул раму.

Воздух вокруг него задрожал, искажаясь, и через секунду вместо мужчины передо мной стоял дракон — огромный, чёрный, с крыльями, затмевающими дневной свет.

Средь бела дня.

В центре города.

Где его может увидеть кто угодно.

Он взмахнул крыльями и взмыл в небо, и я услышала крики снаружи — люди на улице увидели его, закричали, побежали, и в главном зале гильдии раздался грохот, голоса, топот ног.

Господи.

Я спрыгнула со стола, поправила одежду дрожащими руками, провела пальцами по волосам, пытаясь привести себя в порядок, но знала, что это бесполезно — любой, кто посмотрит на меня, увидит.

Дверь распахнулась, и в проём ворвались Торгус и несколько охотников, с оружием наготове, с лицами, перекошенными от ярости и страха.

— Дракон! — рявкнул Торгус, хватая меня за плечо. — Мы видели его через окно, он… — Он замолчал, всматриваясь в моё лицо, и я видела, как его взгляд скользнул по растрёпанным волосам, покрасневшим щекам, губам, распухшим от укусов.

Тишина.

Все смотрели на меня — Торгус, Мира, другие охотники, — и в их глазах я читала вопросы, подозрения, недоверие.

— Кто это, Рен? — спросил Торгус медленно, и в его голосе звучало что-то опасное.

Я открыла рот, чтобы ответить, но слова застряли в горле.

Что я могу сказать?

Что дракон, которого они охотятся, только что трахнул меня на столе?

Что я не могу сопротивляться ему, потому что метка на моём бедре делает меня его собственностью?

Что я больше не та охотница, которой они доверяли?

Торгус шагнул ближе, и его рука легла на рукоять меча.

— Рен, — повторил он, и теперь это прозвучало как предупреждение. — Кто. Это. Был?

Глава 8

Молчание затягивалось, становясь плотнее с каждой секундой, и я чувствовала, как стены комнаты сжимаются вокруг меня, как воздух становится тяжёлым, липким, как взгляды охотников впиваются в кожу, оставляя следы.

Скажи что-нибудь.

Солги.

Выкрути.

Я всегда умела думать быстро — навык, отточенный годами охоты, когда секундное промедление могло стоить жизни. Но сейчас мозг отказывался работать, застревая на ощущении его внутри меня, на его руках, зажимающих рот, на том, как стол скрипел под нами.

— Какой дракон? — выдавила я, и голос прозвучал слишком хрипло, слишком неровно.

Торгус нахмурился, оглянулся на других охотников, потом снова посмотрел на меня.

— Крылья, — сказал он медленно. — Мы видели огромную тень через окно. Взмах крыльев, грохот… Что это было, если не дракон?

Он не видел.

Только тень.

Только силуэт.