Книга Серпентарий, страница 116 – Ирена Мадир

— Тогда давай, Пташка, – зашептал Змей, – сделай это.

Ему точно нужно к врачу или целителю! Его рассудок определенно поврежден.

— Убей меня, Ну-ра… – Он произнес ее имя по слогам, словно лаская языком каждую букву. – Умереть от твоей руки будет приятно.

— Т-ты п-псих. – Заикаясь, она наконец произнесла то, что билось у нее в голове.

— Я Уроборос, – ответил он, наклоняясь.

Его запах. Не духи, а именно его аромат, мускусный и приятный, был создан для того, чтобы искушать. Нура дышала Уроборосом против своей воли. С каждым вдохом она вбирала в себя его вкус. О Морок! Пришлось задержать дыхание, отчего голова закружилась, но так хотя бы его запах не отравлял ее.

Пистолет все еще упирался в Уробороса, пока он, прижав кончик носа к коже Нуры, проходился вверх-вниз по ее шее. Она же застыла, не понимая, что теперь делать. Выстрелить? Пуля пронзит его сердце, а Змей умрет на ее руках… Нет! Это жутко… Нужно было хвататься за артефакт! Обезвредить им проще. А так… Прицелиться сейчас, например, в ногу проблематично…

— З-зачем ты следишь за мной?

— Зачем ты разделась передо мной?

Щеки мгновенно запекло. И в этот момент, момент, когда Нура была совершенно растеряна и смущена, Уроборос выхватил пистолет и отшвырнул его куда-то в сторону. Остаться без оружия, беззащитной – ужасное ощущение. Но еще хуже стало, когда Уроборос крепко сжал запястья Нуры.

— Тшш, Пташка… – Шипение растекалось, словно мед, такое нежное… – Когда в следующий раз решишь кому-то угрожать пистолетом, убедись, что сняла его с предохранителя.

Она снова покраснела. Отлично! Все это время она даже не могла использовать пистолет! И сообщил ей об этом не кто-нибудь, а тот, кому она собиралась выстрелить в сердце! Просто великолепно! Духи предков никогда не повернутся к ней, лишь бы не узреть позор их рода.

Уроборос, похоже, наслаждался чужой растерянностью. Ухмыльнувшись, он поднял руки Нуры выше, прямо к своему лицу, и приоткрыл рот, глубоко вдыхая.

— Ты пахнешь потрясающе, моя Пташка, а твои соки…

Она не знала, как выглядела в тот момент, но могла бы поставить все свои деньги на то, что ее кожа стала алой от стыда. Щеки пылали, уши тоже, а бедра скользили, напоминая о том, что было до прихода Змея…

У Нуры вырвался короткий писк, когда Уроборос обхватил губами ее пальцы, ощутившие жар его рта. Он низко застонал, и его раздвоенный язык принялся вылизывать ее руку. Проклятый Змей причмокивал от удовольствия, будто дегустировал что-то изысканное. Внизу живота Нуры вновь расцветало возбуждение, почти убивающее страх. Собственное тело предавало ее под натиском несправедливо приятной ласки.

Уроборос отстранился и облизнулся. Он ощерился, как настоящий зверь, перед тем как полакомиться плотью жертвы. Нура дернулась, пытаясь вырваться из удерживающих ее тисков. Змей хмыкнул и сжал ее шею недостаточно сильно, чтобы перекрыть доступ к кислороду, но ощутимо. Он словно показывал свое превосходство. Сила чувствовалась в каждой клеточке его тела, которое заслонило собой весь мир.

Нура зависла на грани между ужасом и возбуждением. Второе снова вызвало волну раздражения. Пусть Змей и помог ей, пусть и не сделал пока ничего плохого, но это неправильно. Нужно сопротивляться, а не наслаждаться! Нура забилась, как пойманная птица, и пальцы Уробороса сдавили горло. Она вцепилась в его запястье, пытаясь убрать руку от своей шеи.