Книга Изменить 6-го, страница 272 – Хлоя Уолш

— Насколько мне известно, с одним родителем им точно повезло. — Джон многозначительно посмотрел на меня. — Из тебя, Джоуи Линч, получился великолепный отец.

— Вот только я им не отец, и меня задолбало им быть.

Ну вот и все.

Вот я и произнес это вслух.

Впервые на моей памяти.

— Но дальше так продолжаться не может. — Измученный, плохо соображающий, я изливал скопившуюся боль. — Ситуация изменилась. Если не вытащить детей из этого дома, они либо погибнут, либо, еще хуже, превратятся в меня.

— В смысле — погибнут?

— В самом прямом, — отрезал я, ощущая странную свободу оттого, что наконец-то нашлись взрослые, готовые выслушать мои опасения и принять их всерьез. — Отец никогда не оставит нас в покое, а мать не способна нас защитить. В этом доме им крышка, и меня такой расклад совершенно не устраивает. Если... Блин, сам не верю, что это говорю, но, если вы реально готовы оформить опекунство над Шаннон с ребятами, я не стану препятствовать. — Я замолчал, стараясь собраться с мыслями. — А вот Даррен станет.

— М-да. — Джон со вздохом побарабанил пальцами по столешнице. — Даррен.

— Впрочем, надолго он тут не задержится, — попробовал я подсластить пилюлю. — В свое время он свалил, не выдержал, а сейчас, почувствовав вкус свободы, свалит и подавно. Однако мать на него молится, и его слово для нее закон. Они вечно на одной волне, и Даррен будет ставить вам палки в колеса, только бы сохранить статус любимчика. — Скрестив руки на груди, я смерил чету Кавана пристальным оценивающим взглядом и добавил: — Насколько я могу судить, младшие жаждут перемен. Они не больше моего хотят жить с матерью. Загвоздка в том, что у них никогда не было более или менее безопасной альтернативы. — Вплоть до сегодняшнего дня.— Все четверо долго сопротивляться не станут, — добавил я, — если кто-нибудь донесет до них, что такая альтернатива есть.

— Кто-нибудь, на кого они равняются, — подхватил Джон. — Кому доверяют. Кто-нибудь вроде тебя.

— Вы просите меня рискнуть самым дорогим. Сделать то, чего до сих пор мне сделать не удавалось. Переступить через свои установки.

Я снова опустился на табурет и, облокотившись на мраморную столешницу, обхватил голову руками. Страх боролся во мне с желанием поступить правильно. По-настоящему правильно, а не разыгрывать мнимое благородство, заложенное в меня с раннего детства.

— Я хочу помочь.

— Серьезно?

Подсознание голосом Даррена вопило: «Нет, нет!» — однако я молча кивнул и закусил кулак.

Смелее, Джоуи, ради детей.

Их еще можно спасти.

Вытащи их.

Доверься этим людям.

— Я выступлю на вашей стороне. Замолвлю словечко перед соцработниками. Честно расскажу обо всем властям, выведу родителей на чистую воду. Пусть все знают, какое они дерьмо. Пойду на любые жертвы, только бы дети не повторили мою судьбу. Но если вы меня надурите... Если тронете их хоть пальцем... — Я судорожно перевел дух и грозно уставился на Джона. — Если ребята пострадают, плевать, сколько у вас бабла и связей, я вас из-под земли достану, клянусь, и сам Господь Бог вам не поможет.

— Ничего другого я и не ожидал, — спокойно ответил Джон, пропустив мою угрозу мимо ушей. — Даже не буду пытаться убедить тебя словами, поскольку ты, очевидно, судишь исключительно по поступкам.

Я кивнул. Надо отдать Каване должное — он не пудрил мне мозги, не бросался пустыми обещаниями.