Книга Изменить 6-го, страница 168 – Хлоя Уолш

— Решить вопрос?

— Скопить денег, Моллой.

Она сощурилась:

— Не смей бросать учебу.

— Зачем торчать в школе целых два месяца ради того, что, как мы оба знаем, мне никогда не понадобится, если можно потратить это время с пользой, заработать бабки, которые нам действительно будут нужны? — попробовал достучаться до нее я. — Подумай, Моллой. Ты ведь знаешь, что я прав.

— Уже подумала, — парировала она. — Последние несколько недель я только и делаю, что думаю, поэтому мой ответ — нет. Мы вместе поступили в БМШ, вместе ее и окончим.

— Ты окончишь, — отрезал я. — Это не обсуждается. Моя задача — деньги. Нам понадобится уйма всего, Моллой, и на все это нужны бабки. Которых у нас нет. Ребенку потребуются кроватка, одежда, подгузники, смеси. Всего не перечислишь, а главное — не купишь на полставки механика.

— Ты и так пашешь как вол.

— Значит, мало пашу.

— Мама сказала, мне не обязательно съезжать. — (Если Моллой надеялась обрадовать меня, то напрасно.) — Поэтому без крыши над головой мы не останемся.

— Я не собираюсь жить отдельно от вас с малышом, — возмутился я.

Ее брови поползли вверх.

— Не собираешься?

— Конечно нет! Будем снимать квартиру.

— Если ценой твоего образования, тогда исключено.

— Предоставь мне заняться денежными вопросами, — настаивал я. — Положись на меня.

— Джо, мы вместе?

Я закатил глаза:

— Ну разумеется.

— Мы собираемся пройти через это вдвоем?

Я смерил ее суровым взглядом:

— К чему ты клонишь?

— Мы команда или нет? — не унималась Моллой.

— Да, блин, команда.

— Тогда мы окончим школу, — отчеканила она. — Вместе.

— Слушай, давай не будем ссориться.

— Правильно, давай не будем. Все, тема закрыта. Ты не бросишь учебу, точка. С жильем разберемся после.

— Ты не совсем понимаешь.

— А ты вообще не понимаешь.

— Моллой.

— Линч.

Подавленный, я достал из коричневого пакета у нее на коленях разбухшую чипсину, сунул в рот и поморщился.

Редкостная гадость.

— Слишком много уксуса? — виновато улыбнулась Моллой с набитым ртом.

Я выразительно глянул на нее, словно говоря «как обычно», и спросил:

— А вообще как впечатления?

— По поводу уксуса?

— Нет, гений, по поводу беременности.

Ее взгляд затуманился тревогой, по телу прокатилась дрожь.

— Если честно, мне страшно до безумия. А тебе?

Аналогично.

— Так, ничего.

— Ничего? — Моллой недоверчиво вздернула бровь. — Врешь.

Конечно, я соврал. На самом деле у меня поджилки тряслись от страха, но не признаваться же в этом матери твоего будущего ребенка.

— Ты злишься? — Она закусила губу и нервно добавила: — За то, что я решила его сохранить?

— Решила сохранить? — нахмурился я. — А разве есть другие варианты?

— Очень даже есть.

— Не начинай.

— Ты понял, о чем речь.

Понял и категорически не одобрял.

— Это исключено.

— Но будь у тебя выбор, — Моллой судорожно сглотнула, — ты бы им воспользовался?

— Нет. — Я покачал головой. — Даже не заикнулся бы.

— Правда? — с надеждой спросила она.

— Сто процентов.

В ее глазах вспыхнуло облегчение.

— Серьезно?

— Серьезнее некуда, — заверил я. — Откажись ты рожать, я бы понял — да чего там понял, поддержал бы тебя от и до, — но я знаю, что это не то, чего ты на самом деле хочешь.

— А может, именно то?

Я посмотрел на нее в упор.

— Именно то?

Моллой устремила на меня пристальный взгляд, потом шумно выдохнула и покачала головой.