Книга Развод. Ты сделал свой выбор, страница 63 – Наталья Ван

— Конечно, — Саша встает и подходит ко мне, кладет руку на плечо. Его прикосновение твердое, обнадеживающее. — Потому что у него есть только деньги и злость. А у нас…, — он обводит рукой нашу маленькую, но чистую и уютную комнату, — а у нас есть это. И мы — команда.

Он уходит спать, оставляя меня наедине с тетрадями и своими мыслями. Да, он прав. Максим не сдастся и я сама это знаю. Битва только начинается. Но теперь у меня есть не только адвокат и документы. У меня есть тыл. Мой взрослеющий сын на которого всегда можно положиться.

Глава 38

Кристина

Две недели пролетают в еще более сумасшедшем ритме. Работа, уроки, ингаляции для Саши, беготня между школой, домом и аптекой. Максим не звонит. Не пишет. Не приходит. Только тишина и она давит хуже его криков.

В голове постоянно крутится единственная мысль:

“А появится ли он вообще? Не затянет ли процесс, просто не приходя?”

Адвокат не один раз уже успокаивала меня во время разговоров по телефону.

“Даже если он не явится, у него нет шансов. Суд удовлетворит наш иск. Пусть не с первого раза. Пусть даст еще время на обдумывание, но мы добьемся того, чтобы вас развели. И вопрос с детьми мы тоже решим. Не волнуйтесь” — сказала тогда она.

Но я не верю. Не верю, что он так просто сдастся. Да и чем ближе приближается день суда, тем нервознее становится мое состояние. И вот сегодня оно просто достигло своего апогея.

Мы идем по длинному, холодному коридору здания суда. Каблуки отстукивают по каменному полу, и эхо разносится далеко вперед. Я сжимаю ручку папки с документами так, что костяшки белеют.

И тут вижу его.

Максим стоит у окна спиной к нам, разговаривая по телефону. Дорогой костюм, уверенная поза. Как будто ничего не произошло. Как будто не он довел сына до больницы. Как будто не по его вине наш ребенок едва не отправился на тот свет.

Я останавливаюсь и делаю глубокий вдох.

— Он пришел, — шепчу я адвокату. — Может, ли это значить, что он готов принять наш развод?

Елена Викторовна кладет на мою руку свою холодную ладонь.

— Не спешите с выводами, Кристина Олеговна. Такие готовы только бороться. Я их повидала немало за свою карьеру. Держитесь. И помните — никаких эмоций. Только факты.

Мы заходим в зал заседаний и все кажется мне странным. Эти деревянные скамейки. Это место, где сидит судья. Все такое… пугающее, что сердце заходится в груди.

Наша судья — женщина лет пятидесяти с усталым, но внимательным лицом. Она начинает, и я чувствую, как пальцы на руках начинают неметь от волнения.

У нас есть все материалы, доказывающие, что Максим не занимается детьми. Что он им только вредит. Что не помогает ни материально, ни психологически.

“Мои дети точно останутся со мной. Тем более у меня хороший адвокат,” — повторяю я про себя, стараясь успокоиться, но это не помогает.

Елена Викторовна четко и спокойно излагает наши требования: развод, определение места жительства детей со мной, алименты. Говорит о неучастии мужа в жизни детей, о пустых счетах, предоставляет справку из больницы Саши, акт из опеки.

Максим слушает, откинувшись на спинку стула, с легкой, почти презрительной улыбкой. Когда слово дают ему, он встает. И начинает играть. Голос у него дрожащий, полный искренней, на первый взгляд, боли.

— Ваша честь, я против развода. Я люблю свою жену. Люблю своих детей. Да, у меня, как и у всех в этом мире были ошибки. Я много работал, и мало времени уделял семье, я это признаю. Но я готов измениться. Готов на все, чтобы сохранить семью. Потому что они — мой смысл жизни. Я не могу без них. Разве вы не женщина? Вы же понимаете, что всякое бывает. Моя супруга вспылила. С кем не бывает, но я готов дать нам еще один шанс. Готов пойти на уступки.