Книга Развод. Ты сделал свой выбор, страница 2 – Наталья Ван

— Спасибо, — говорю девушке и выглядываю за угол.

Он стоит чуть поодаль, как вкопанный. Смотрит вперёд, не двигается. И я понимаю, на кого он смотрит.

Лера.

Я останавливаюсь. Сердце падает куда-то в живот. Это не та Лера, что звонко смеялась на моей свадьбе, будучи подростком. Другая. С потухшими глазами и слишком дорогой сумкой через плечо. А рядом с ней ребенок. Маленький мальчик с ее глазами.

— Лера?! — вырывается у меня слишком громко. Как же давно я ее не видела.

Она вздрагивает, как пойманная воровка. Мальчик прижимается к ней, пряча лицо.

— Крис… Кристина? — её голос срывается на шепот.

— Боже, — я улыбаюсь, хотя что-то внутри уже сжимается в комок. — Катя с ума сходила! Где ты пропадала?! — я подхожу, всё ещё не веря собственным глазам. — Твоя сестра чуть с ума не сошла! Говорит, ты будто не своя. Она звонила тебе, а ты только “всё нормально” и пропадаешь. Мы уже думали, что у тебя что-то серьёзное случилось. А ты вон… красивая, да ещё и с ребёнком. Катя-то хоть в курсе, что стала тётей?

— Д-да, — отвечает она как-то неуверенно и отводит взгляд. — Я… я говорила ей. — Лера, — я улыбаюсь, хотя внутри все напрягается от странного предчувствия. — У тебя точно всё в порядке?

— Да. Кристина, я правда лучше пойду, — улыбается она. — Только не говори Кате, ладно? Не хочу, чтобы она волновалась…

— Подожди, — останавливаю ее, хватаясь за рукав. — Как ты? Тебе точно не нужна помощь?

Я смотрю на её сына. Мальчик снова прячется, уткнувшись ей в бедро, и в нем я замечаю что-то знакомое. Едва уловимое, но от этого внутри все холодеет.

— Сколько ему?

— Два года и… три месяца, — тихо выдает она словно боясь говорить эту цифру вслух.

— Твой сын?

— Да. Кристина, прости… я все же пойду, — настаивает она, чем вызывает еще больше подозрений, но я отгоняю их как можно дальше.

Она делает шаг, и в этот момент за её спиной открывается дверь. Медленно. Беззвучно.

— Лерунь….

Я узнаю этот голос ещё до того, как он заканчивает фразу.

— Диагноз подтвердился. У нашего сына...

Максим. Мой муж. Он читает медицинскую карту, не поднимая головы. Рядом с ним стоит медсестра. Она на автомате кивает и продолжает говорить.

Он всё же отрывает взгляд от карты. Видит меня. Секунда, и я вижу, как его лицо меняется.

Мир замедляется.

Я вижу, как его пальцы сжимают карту. Как медсестра за спиной что-то говорит. Как Сашка резко поворачивается, и его капюшон спадает.

— Папа? — голос сына ломается.

Максим не двигается. Лера прижимает ребенка так сильно, что он хнычет.

— Лера. Максим, — шепчу я. — Это... что все это…значит?

Лера сжимает губы. Опускает голову вниз. Родная сестра моей лучшей подруги, которая всегда общалась со мной на равных. Сейчас стоит напротив меня. Мнется, переступая с ноги на ногу, и молчит.

Сашка вдруг резко смеется — горько, по-взрослому:

— Ну что, пап? Тебя можно поздравить? — ядовито говорит Саша, и я не узнаю его голос. — Как ты там мне постоянно говорил? “На тебя никакой надежды”. Я так понимаю, ты решил исправить ситуацию и второго сына заделать?

Максим бледнеет.

— Александр!

— Что Александр?

Максим молчит. Сжимает губы в тонкую линию. Так, как он делает всегда, когда что-то идет не по его плану.

Я стою, чувствуя, как пол уходит из-под ног. Стены начинают вращаться перед глазами.