Книга Развод. Я (не) буду твоей, страница 20 – Наталья Ван

Нет. В ее глазах не было страха. Был гнев. Ярость. Но не паника человека, чью ложь вот-вот разоблачат. А это значит... это значит, что вероятность того, что отец ребенка все-таки Женя... она велика. Чудовищно велика.

Я с глухим стоном опускаю голову на прохладный пластик руля. Лоб прижимаю к ободу, и мне хочется закричать. От бессилия. От этой невыносимой неопределенности. От того, что я заблудилась в собственных мыслях и страхах.

— Почему все так сложно? — шепчу я в тишину салона. — Почему я не могу прямо сейчас, сию секунду, узнать правду? Почему мне приходится выбирать, кому верить, разрываясь на части?

Мне нужно удостовериться. Взять себя в руки и проверить. Дрожащими пальцами я достаю телефон, открываю браузер. В поисковой строке набираю: “С какого срока можно делать неинвазивный тест ДНК при беременности”.

Ответ выскакивает мгновенно. Не ранее десятой недели акушерского срока. Точность результата составляет девяносто девять и девять процентов.

Десять недель. Это... больше двух месяцев. Почти три.

Я закрываю глаза, чувствуя, как по всему телу пробегает ледяная дрожь. Я ехала сюда с полной уверенностью, что мой муж честен со мной, а сейчас… что случилось сейчас? Уверенность в голосе сестры, что она готова на ДНК, и то, что ребенок его, и я снова в сомнениях.

Нет. я не позволю страхам прошлого забрать у меня настоящее.

Он не виноват. Он доказывал мне это годами и не стал бы рушить все одним днем. Я уверена в нем. Почти на все сто процентов, но вот сестра… я все еще не могу понять зачем она это делает. Почему пытается сделать все, чтобы мы с ним развелись? Если она хотела, чтобы он просто стал ее мужем, тогда зачем тянула до свадьбы? Здесь, словно нет логики.

Я сойду с ума. Я просто не выдержу этого пыточного устройства под названием “неведение”.

— Как он и сказал, — с горечью произношу я. — То, что делал мой отец на протяжении всей жизни, сложно искоренить одним днем. И это именно то, что все еще заставляет меня сомневаться, хотя разум кричит, что лжет здесь только один человек. И это моя сестра.

Из-за нее то самое хрупкое, драгоценное доверие, которое Женя так долго и терпеливо строил, кирпичик за кирпичиком... оно пошатнулось. В нем появилась трещина. Глубокая, страшная трещина. И я пока не знаю, как ее залатать, но я знаю одно. Одной его любви и моей веры, кажется, уже недостаточно.

Я делаю глубокий вдох, потом выдох. Еще один. Завожу двигатель. Ровный гул на секунду успокаивает хаос в мыслях.

Беру телефон. Пишу ему. Коротко. Честно.

“Я верю тебе. Верю, что ты не виноват, и что ребенок не от тебя, но… Прости. Мне нужно немного времени”.

Одно сообщение. Это не капитуляция. Не сдача позиций. Просто... я должна справиться со своими демонами. Со своими сомнениями. Я должна провести работу над собой, точно так же как и он работал ради нас. И я понимаю, что мне понадобится помощь. Я не смогу сделать это в одиночку.

Я не жду ответа. Я откладываю телефон на пассажирское сиденье, включаю поворотник и выезжаю на пустынную улицу.

Женя

Я сижу в гостиной в полной темноте. Тишина после ухода Карины оглушительна. Я не включаю свет. Просто смотрю в окно на огни города, которые кажутся сейчас бесконечно далекими и равнодушными. В кармане джинсов вибрирует телефон.