Книга Не твоя игрушка, страница 51 – Лера Титова

— Я знаю, что ты любишь его, — сказал я. — Я знаю, что ты всегда любила его. Я знаю, что у меня нет шансов. Но я должен был сказать. Должен был попытаться. Потому что если бы я промолчал — я бы не простил себе до конца жизни.

— Макс... — Её голос дрогнул. — Ты хороший. Ты правда хороший. Ты заслуживаешь счастья. Но я не могу тебе его дать.

— Потому что ты любишь его.

— Да.

— Сильно?

— До безумия. До дрожи. До того, что я простила ему всё. Даже то, чего нельзя прощать. Я люблю его, Макс. Не тебя. Прости.

Я закрыл глаза. Вот он. Последний удар. Тот самый, после которого уже не встают. Я думал, что готов. Думал, что смогу выдержать. Но когда она сказала это — «не тебя», — внутри что-то рухнуло. Окончательно.

— Я понял, — сказал я. Голос был чужим. — Я просто хотел... чтобы ты знала.

— Я знаю. И мне жаль. Правда жаль.

— Не жалей. Я сам виноват. Я знал, на что шёл. Ты предупреждала.

Она коснулась моей руки. Легко. Почти невесомо.

— Ты найдёшь кого-нибудь. Кого-то, кто будет любить тебя так, как ты заслуживаешь.

— Может быть. Но это будешь не ты.

— Нет. Не я.

Я встал. Она тоже. Мы стояли друг напротив друга. Солнце светило в глаза. Ветер трепал её волосы. Я хотел обнять её. В последний раз. Но не стал. Это было бы слишком больно.

— Прощай, Ася.

— Прощай, Макс.

Она развернулась и пошла. Я смотрел ей вслед. На её спину. На её волосы. На то, как она уходит. Уходит навсегда.

Я сел обратно на скамейку. Закрыл лицо руками. И впервые за много лет заплакал. Беззвучно. Без истерики. Просто слёзы текли по щекам, и я ничего не мог с этим сделать.

Я проиграл.

Не Воронову. Ей. Потому что она сделала выбор. И этот выбор был не в мою пользу.

Я просидел так, наверное, час. Потом встал. Вытер лицо. Пошёл к машине.

Всё было кончено. По-настоящему.

Я шла прочь от скамейки, и ноги подкашивались.

Разговор с Максом выжал меня досуха. Я держалась. Как всегда. Чёртовка никогда не плачет. Но внутри всё дрожало. Его слова — «я люблю тебя», «ты всё ещё здесь, внутри» — звучали в ушах, и от них было больно. Не потому, что я любила его. Потому что я знала, каково это — любить безответно. Я сама была на его месте. Когда Артур назвал меня игрушкой. Когда трахал другую за стенкой. Когда я ушла под дождём.

Я знала эту боль. И теперь причинила её другому.

Я дошла до своей квартиры. Закрыла дверь. Прислонилась к стене. Закрыла глаза. Передо мной стояло его лицо — голубые глаза, полные слёз. Макс никогда не плакал. А сегодня заплакал. Из-за меня.

Я сползла по стене. Села на пол. Обняла колени. И разревелась. Беззвучно, как он. Просто слёзы текли по щекам, и я ничего не могла с этим сделать. Это была не жалость к себе. Это была жалость к нему. И облегчение. Потому что всё закончилось. Потому что я наконец сделала выбор.

Я выбрала Артура.

Не потому, что он был первым. Не потому, что он был богаче или сильнее. А потому, что я любила его. Всегда. Даже когда ненавидела. Даже когда пыталась забыть с Максом. Даже когда клялась себе, что никогда не вернусь. Моё сердце всегда принадлежало ему. Просто я боялась это признать.

Теперь страх ушёл. Осталась только правда.

Я просидела на полу, наверное, полчаса. Потом встала. Подошла к зеркалу. Смотрела на себя — заплаканную, с размазанной тушью, с красными глазами. Но в этих глазах было что-то новое. Спокойствие. Уверенность. Как будто я наконец приняла себя. Настоящую. Не серую мышь. Не Чёртовку. Просто Асю. Женщину, которая сделала выбор.