Книга Не твоя игрушка, страница 50 – Лера Титова

Завтра я увижу её снова. И послезавтра. И через неделю. И через месяц. Я хотел просыпаться с ней каждое утро. Хотел видеть, как она варит кофе на моей кухне. Как читает книгу в кресле у окна. Как улыбается, глядя на закат.

Я хотел, чтобы она переехала ко мне. Не как раньше — на условиях, с холодом и отдельной комнатой. По-настоящему. Как равная. Как любимая женщина.

Но я не буду торопить. Она сказала: «Медленно». Я согласен. Я подожду. День. Неделю. Месяц. Год. Всю жизнь, если нужно.

Потому что она того стоила.

Я встал. Принял душ. Лёг в постель. Закрыл глаза. Передо мной снова всплыл образ — она на холме, в синем платье, с ромашками в руках, улыбается. И я заснул. Без кошмаров. Без виски. Без пустоты.

Впервые за полгода.

Утром меня разбудил телефон. Сообщение от неё.

Ася:Доброе утро. Как спалось?

Я улыбнулся.

Артур:Впервые за полгода — хорошо. Снилась ты.

Ася:В подробностях?

Артур:В очень приличных. Ты в синем платье. Танцуешь.

Ася:Приличные сны? Ты точно изменился.

Артур:Я же говорил.

Ася:Сегодня увидимся?

Артур:Обязательно. Заеду после пар.

Я отложил телефон. Встал. Принял душ. Сварил кофе. Смотрел на город и чувствовал, как внутри разливается что-то, чего не было уже очень давно. Надежда. Уверенность. И — странное, непривычное, но такое тёплое чувство.

Я был счастлив.

И это было только начало.

Я ждал её у колледжа.

Знал, что она выйдет после третьей пары. Знал, что одна — Воронов уехал по делам, Диман проболтался. Я стоял у своей тачки, скрестив руки на груди, и смотрел на вход. Студенты выходили, смеялись, обсуждали что-то. Меня не замечали. Или делали вид, что не замечали. Плевать.

Она вышла в половине первого. Чёрные джинсы, белая майка, косуха. Та самая, в которой я увидел её впервые после возвращения. Волосы распущены. На губах — лёгкий блеск. Она была прекрасна. И она была не моей.

Она заметила меня сразу. Остановилась. На секунду на её лице мелькнуло что-то — удивление, тревога. Потом она взяла себя в руки. Подошла.

— Привет, Макс.

— Привет.

— Что ты здесь делаешь?

— Жду тебя.

— Зачем?

— Поговорить. Последний раз.

Она колебалась. Я видел, как она сжимает пальцы — привычный жест. Нервничала. Но не боялась. Она больше не боялась никого. Даже меня.

— Хорошо, — сказала она. — Только не здесь. Там, за корпусом, есть скамейка.

Мы пошли. Молча. Я смотрел на неё — на то, как она двигается, как поправляет волосы, как щурится от солнца. Каждая мелочь отдавалась болью. Она была здесь, рядом, но дальше, чем когда-либо.

Мы сели на скамейку. Между нами было полметра. И пропасть.

— О чём ты хотел поговорить? — спросила она.

— О нас.

— Нас больше нет, Макс. Ты сам меня отпустил.

— Я знаю. И это было самой большой ошибкой в моей жизни.

Она опустила глаза. Я продолжил.

— Я думал, что смогу забыть тебя. Думал, что если отпущу — станет легче. Не стало. Я пробовал всё. Виски, драки, других женщин. Ничего не работает. Ты всё ещё здесь. — Я прижал ладонь к груди. — Внутри.

— Макс...

— Дай мне договорить. Я люблю тебя. Я говорил это раньше, но сейчас я говорю это по-другому. Раньше я хотел тебя. Как трофей. Как оружие против Воронова. А теперь... теперь я просто хочу быть с тобой. Без игр. Без войны. Просто быть.

Она смотрела на меня. В её глазах стояли слёзы. Но она не плакала. Чёртовка не плакала.