Книга Дикарка для Хулигана, страница 366 – Настя Мирная

Да куда же, блядь, хуже?

Я не знаю, поверила Диана в это или решила, как и большинство из нас, что Егор умер, но страх, что она рано или поздно что-то сделает с собой, с каждым днём всё крепче. После той ночи, когда мы все звонили, а она не отвечала, и я приехал к ней, застав в ванне в бессознательном состоянии, меня не отпускает предчувствие чего-то пиздец какого ужасного.

Проще было бы заставить её вернуться домой, но она наотрез отказывается. Только если запереть её в комнате, но и это не вариант.

Оборачиваюсь на отцовский голос и кивком головы указываю Нику на входную дверь. Оказавшись на улице, нервно затягиваюсь никотином.

— Ты веришь, что он мог просто исчезнуть? Вы же лучше всех Гору знаете. Мог просто свалить и не дать знать Дане, что он жив?

Никита тоже закуривает, выпускает в застывший горячий воздух сизый дым, глядя, как тот медленно расползается в пространстве. Делает ещё затяжку и качает головой.

— Не верю.

— Я тоже. — с яростью выпаливает Макс, подходя сзади. Удивляет меня своим заявлением, потому что, несмотря на то, что Диана с Егором уже несколько месяцев жили вместе, он всё равно с опаской относился к их отношениям. Он единственный, кто не мог их принять до конца, хотя открыто об этом не заявлял. Второй близнец тоже щёлкает зажигалкой. Дёргано проводит ладонью по шевелюре и поворачивается ко мне, глядя в глаза. — Блядь, Андрюха, не верю, что он вот так свалил, какая бы причина у него не была. Как бы я не относился к тому, что Данька с ним, только слепой не заметит, что у них реально любовь. Они, мать вашу, всё время вместе. В универе он ей на каждом перерыве звонил. Не может пацан, который так себя ведёт, просто взять и исчезнуть. Он же знает, что будет с Даней.

— В то, что он отчалил на тот свет, я тоже не верю. — вставляет Никита.

Устремив взгляд над кронами деревьев, делаю последнюю затяжку и подвожу итог:

— Мы должны найти его до того, как Диана сделает что-то с собой.

Никто мне не отвечает, потому что оба знают, что рано или поздно она сломается. Нельзя быть сильной всегда. Всего один момент слабости может стать фатальным.

В течении недели мы с братьями стараемся добиться чего-то от родителей, но проще убиться головой об стену, чем узнать что-то у них. Я еду к папиному однокласснику, работающему в ментовке. Если кто-то что-то знает наверняка, то только он.

Здороваемся с ним, как родные. Обмениваясь рукопожатиями, похлопываем друг друга по плечам. Покончив с формальностями, перехожу сразу к делу.

— Дядь Дим, я к вам не просто так.

Он жестом тормозит меня, выставив ладонь.

— Знаю, Андрей. Но помочь ничем не могу.

Сжав кулаки, планомерно выдыхаю, чтобы продолжать без лишних эмоций.

— Почему? Вы же знаете наверняка. Если он и уехал из России, то вы должны знать причину. Он жив вообще? — сыплю вопросами на нервах, пусть и собирался задавать их по одному.

Мужчина глубоко вдыхает и вытаскивает из шкафа два стакана и бутылку коньяка.

— Ты за рулём? — выбивает, стоя спиной ко мне.

— Да.

Он молча ставит один стакан обратно, закрывает шкаф, наливает янтарную жидкость в прозрачный бокал, делает большой глоток и только после этого поворачивается.

— Витя напрочь запретил говорить. Я не имею права влезать в ваши дела. И я уважаю решение друга и поддерживаю его в том, что лучше Диане думать именно так.