Книга Малая, я тебя испорчу, страница 144 – Настя Мирная

— Ты прекрасна, когда не замыкаешься. Я восхищаюсь тобой, Свет.

Запрокидываю голову, чтобы иметь возможность видеть его глаза. Они улыбаются, но губы — тонкая полоска.

— Скажи мне, Никит, – выпаливаю, впившись взглядом в его глаза.

Он протяжно выдыхает.

— Я люблю тебя, Света.

Поднимаюсь на носочки, обнимаю его за шею. Коснувшись губами уха, шепчу:

— Я тебя, наверное, тоже.

Опускаюсь на пол и прыскаю в ладошку. Никогда не видела у Ника таких расширенных глаз и такого неподдельного, ошеломляющего удивления. Он открывает рот, пытается что-то сказать и закрывает. Так несколько раз, а после, видимо, не найдя нужных слов, подгребает меня к себе и нежно целует одними губами. Чувствую, как быстро и часто колотится его сердце. В унисон с моим — влюблённым и бессильным молча носить в себе эту любовь и дальше.

— Ты лишила меня дара речи. Ваще не знаю, что сказать, – смеётся, постоянно гладя меня и целуя.

— Оно того стоило, – улыбаюсь. – А то ты был слишком идеальным и всегда находил нужные слова.

— Скажи ещё разок, – просит, корча такую милую мордашку, которой невозможно сопротивляться. – Один раз, Принцесса.

— Я, кажется, тоже, – выпаливаю и сбегаю в ванную — произнести «люблю» прямо в глаза не смогла, но, надеюсь, Никита понял.

Упав спиной на дверь, слышу смех Никиты. И звучит он так… будто человек, не веря своему счастью, не знает, как справиться с эмоциями. Рот растягивается в улыбке, становится тепло и спокойно.

И пусть всё слишком быстро. Пусть о Никите я пока знаю слишком мало. Пусть наши отношения достаточно странные. Пусть. Я всё равно люблю его и хочу, чтобы он об этом знал.

Только после душа спохватываюсь, что не взяла с собой чистую одежду. Несколько минут мнусь в нерешительности под дверью. Но выйти всё же приходится.

Крепче стискиваю узел на груди и выныриваю в коридор. Испытав колоссальное облегчение, что Никиты там нет, на цыпочках вбегаю в спальню и закрываю дверь. Открываю шкаф и скидываю полотенце, когда слышу свист. Высовываю голову из-за дверцы, и сердце в пятки уходит. Ник стоит у окна и, не моргая, смотрит на меня. Кажется, всё тело пылает в огне. Я начинаю задыхаться, безуспешно хватать ртом сухой воздух. Колени подгибаются, но упасть не успеваю. Никита оборачивает руками и удерживает. Хватает за моей спиной какую-то вещь и натягивает на меня. Лишь после этого обнимает.

— Я почти ничего не видел. Только мельком, так что не паникуй, красота, – в голосе сквозит насмешка и что-то ещё, но не могу понять, что именно.

Когда-нибудь я справлюсь с этим. Смогу полностью обнажиться перед ним, не страшась, что мои шрамы оттолкнут Никиту. Или что ему покажется, что у меня слишком маленькая грудь или чересчур впалый живот. Когда-нибудь, но не сегодня.

— Свет, ты красавица, – сипит, словно прочитав мои мысли.

— Ты же ничего не видел, – выталкиваю тихо.

— Почти, – поправляет он, поднимая лицо за подбородок. – Но то, что успел рассмотреть, мне очень понравилось.

Сейчас его взгляд не такой плотоядный, как у входной двери или вчера вечером. Он тёплый и ласковый. Окутывающий облаком спокойствия. Ему действительно удаётся успокаивать мои панические атаки в считанные секунды.

Почувствовав, что меня отпустило, Ник касается губами лба и шепчет:

— Нереальная красота, – щёки с ушами вспыхивают, и он тут же ловит этот жар, потираясь губами. – Свет, я задолбался дома торчать. Давай погуляем где-нибудь.