Книга Малая, я тебя испорчу, страница 143 – Настя Мирная

Поднимаясь на третий этаж, улыбаюсь. Так бывает каждый раз, когда возвращаюсь к Никите. Когда выхожу на пробежку, он ещё спит, а по возвращении встречает в коридоре и сразу обнимает и целует, пусть и стараюсь извернуться.

Наверное, судьба не зря свела нас. Кажется, что Ник — тот единственный человек, который способен справляться с моими комплексами. Не давить, стараясь тараном сломать глухую стену, выстроенную мною за годы. А разобрать её по кирпичику, пусть на это необходимо время и терпение. Каждый день он делает что-то такое, что сначала вгоняет меня в ступор или в панику, а затем растворяет очередной страх навсегда.

Вот, например, вчера он пришёл после душа в одном полотенце и, остановившись около кровати, скинул его на пол. Я залилась краской и зажмурилась, а он потребовал смотреть на него. Когда наконец справилась со смущением, бессовестно разглядывая его тело со всех сторон, поступило новое требование — потрогать, погладить, изучить тактильно. И я делала всё, что он хотел, всё, о чём просил. Даже мягкий приказ доставить ему удовольствие самостоятельно восприняла с воодушевлением. Ласкала егото самоенеумело, неловко, ведь раньше он постоянно направлял. Но благодаря подсказкам Ника, смогла подстроиться под ритм, который он хотел.

Открываю дверь и оказываюсь прижатой к голому торсу. Мои губы попадают в горячий захват поцелуя. Пальцы Никиты перебирают взмокшие волосы на затылке, а язык рисует узоры у меня во рту.

— Доброе утро, Принцесса, – хрипит, отрываясь от меня явно без особого желания.

— Доброе утро, рыцарь, – улыбаюсь, поглаживая его плечи и спускаясь ниже.

— Обожаю, когда ты флиртуешь, – прижимает ещё крепче, ведёт губами от виска вниз.

— Никит, я потная вся. Дай хоть в душ схожу. А потом приготовлю завтрак. Что ты хо… хочешь? – сбиваюсь, теряя мысль от его настойчивых ласк. – Блинчики или… – его зубы прочёсывают кожу на плече, язык возвращается к уху по всей длине шеи. Вздрагиваю, крепче цепляясь за него. – О… оладьи… Или… сырники?

— Тебя, – рыкает, внезапно толкая в стену и резко дёргая вниз лосины с трусами. – Твой оргазм на завтрак хочу.

Коленом расталкивает мои ноги и сразу ныряет в лоно двумя пальцами, раскатывая подушечкой большого клитор. Глаза сами закатываются от его действий, и я полностью подчиняюсь его желаниям, забыв и о душе, и о скромности, и о стеснительности. А в следующую секунду почти теряю сознание от оглушительного оргазма. Задрожав всем телом, выкрикиваю его имя и сползаю по стеночке. Только Никита ловит и, пока я не пришла в себя, оказывается передо мной на корточках и прижимается ртом к стыку половых губ. Перестаю дышать, сознание вспыхивает привычными моргающими паникой лампочками.

— Всё хорошо, маленькая. Я чуть-чуть, – выдавливает хрипло, лизнув по всей длине. – Блядские штаны, – ворчит, когда из-за висящих в районе коленей лосин не может шире раздвинуть мои ноги. Вздохнув и проматерившись, поднимается и целует, оставляя на моих губах скользкий осадок моих же соков. Натягивает обратно одежду, заломив бровь и приподняв уголок губ, говорит: – Не вздумай анализировать и копаться в этом. Доверяй мне.

Обхватив руками за пояс, прячу лицо у него на груди. Вибрация сдерживаемого Ником смеха проходит сквозь меня электрическими зарядами. Он поглаживает по голове и продавливает тихим, ровным тоном: