Книга Хирург для дьявола, страница 16 – Кэти Андрес

Я со вздохом опустила руки и села на полу, морщась от того, как промокший насквозь свитер липнет к животу.

Сапёр присел передо мной на корточки.

Его крупные пальцы с огрубевшими костяшками коснулись края скотча на моей щеке и дернули.

— Ай, блять! — совершенно искренне взвыла я, хватаясь за горящие огнем губы и подбородок. — Можно было и понежнее! Ты мне вместе с клеем эпиляцию лица сделал!

— Мог бы и ножом срезать, — ровно отозвался он, поднимаясь во весь свой гигантский рост. — Но решил, что тебе твои губы еще пригодятся.

Я растерла покрасневшую кожу и, не торопясь, застегнула молнию на джинсах. Затем встала, отряхнула колени и посмотрела на Сапёра снизу вверх.

Пришлось задрать голову — с моим метром шестьдесят пять рядом с ним я чувствовала себя хоббитом на экскурсии в Мордоре.

— Знаешь, — я указала пальцем на два остывающих тела в углах каморки, — выговоры за нарушение субординации в вашей конторе делают весьма радикально. Минтруд бы не одобрил. Но за оперативное вмешательство — спасибо. Хотя, справедливости ради, этот свитер мне нравился. А теперь он безнадежно испорчен.

Шрам на его лице снова дрогнул, когда он чуть склонил голову набок, изучая меня, словно какую-то невиданную, экзотическую зверушку под микроскопом.

— У тебя с головой все нормально, докторесса? Тебя только что чуть не пустили по кругу, а ты лежишь под трупом и улыбаешься. У тебя шок?

— У меня государственная поликлиника. Если я буду впадать в шок каждый раз, когда кто-то пытается меня поиметь — морально или физически — мне придется переехать жить в психушку. Поверь, баба Зина из пятой квартиры, которой не достался талон на УЗИ, страшнее этих двух недоумков вместе взятых.

В глазах Сапёра мелькнуло что-то странное. Всего на долю секунды мрак в них расступился, уступая место… уважению? Или насмешке? Я не успела разобрать, потому что он развернулся и бросил через плечо:

— Иди умойся. Вода на кухне. И выпей там что-нибудь. Успокойся.

— О, неужели сервис улучшается? — сыронизировала, шагая следом за ним по коридору и старательно обходя скрипучие половицы. — А домой меня отвезут? У меня, знаешь ли, кот не кормлен.

Сапёр остановился так резко, что я едва не впечаталась носом в его широкую спину. Он медленно повернулся ко мне.

— У тебя нет кота, Валерия, — его голос снова стал низким, вибрирующим, пробирающим до самых костей. — Ты никуда не поедешь.

— В смысле? Мальчишку я залатала. Всё, что могла, сделала. В няньки не нанималась.

Сапёр сделал шаг ко мне, загоняя меня в тень коридора. Он наклонился так близко, что я увидела каждый бугорок его изуродованной шрамом кожи.

— Демид больше не твой босс, — тихо произнес он, и от его слов по моей спине пробежал холодок. Значит мертв. — Его бригада переходит под мой контроль. Как и его активы. А ты, докторесса, судя по тому, что я сегодня видел — самый ценный из его активов.

Он протянул руку и большим пальцем, стер что то с моей скулы. Его прикосновение было жестким, но почему-то не грубым.

— Мой брат нестабилен. И пока он не встанет на ноги, ты будешь сидеть рядом с ним. А если ему станет хуже… — Сапёр сделал паузу. — Пуля в лоб как и просила. Ты меня поняла?

Не большое обо мне пояснение, если кто не знал.

Мой язык, как всегда, жил своей, независимой жизнью.