Книга Бывшие. Была и будешь моей, страница 91 – Катерина Коротеева

— Нет, Дань, ты точно не в себе! — прошептал Артур, закрыв лицо ладонями. — А вдруг на этой чёртовой операции что-то пойдет не так и мы потеряем вас обоих? Матвей в одно мгновение потеряет мать и отца! Наши родители потеряют сына! Ты об этом не подумал?!

— Подумал… — я провел рукой по лицу, чувствуя, как ноют виски. — Но я не смогу жить с мыслью, что я сделал не всё, что от меня зависело, чтобы спасти ее, брат. Было бы у нас хотя бы немного времени…

Но его нет.

К нам подошла медсестра.

— Простите, мне нужно, чтобы вы заполнили документы, — осторожно сказала она.

После того, как я подпишу бумаги, маятник запустится и неизвестно когда и чем всё закончится.

— Хорошо, я сейчас подойду, — я ответил ей и посмотрел на брата.

Мне вдруг захотелось его обнять и поблагодарить за всё.

И он будто прочитал мое намерение.

— Ну уж нет… Нет, нет и нет, — он отрицательно покачал головой и сделал шаг назад, выставив руки перед собой. — Даже не вздумай со мной прощаться.

— Арт…

— Нет, я сказал! — его голос сорвался на хриплый рык.

Он развернулся и быстро пошел прочь, не оглядываясь.

Я молча смотрел ему вслед, пока дверь не захлопнулась за его спиной.

Он ушел, а я остался в длинном коридоре — один, разбитый, готовый на всё, лишь бы жила моя любимая женщина.

Я шумно выдохнул. Закрыл глаза.

А потом развернулся и твердым шагом пошел к медсестре.

Ему придется принять мой выбор.

Им всем придется принять, и плевать на последствия.

Я подписал документы на согласие, прошел обследование, сдал кровь. Теперь оставалось ждать.

Два часа тянулись мучительно долго, но когда врач вернулся с результатами, все сомнения отпали — я идеальный донор. У нас безупречное совпадение по всем параметрам.

За это время я успел связаться с юристом и объяснить ситуацию. Он молчал несколько секунд, а потом быстро взялся за работу. Через полтора часа все документы были готовы, и я подписал их цифровой подписью. Теперь вся моя собственность переходила Лизе, а фирма — Матвею, под временным управлением Артура.

Потом я встретился с врачом. Он показал мне искусственное сердце, детально рассказал об операции, о возможных осложнениях. В моем случае риски оказались огромными, исследование показало особенное строение моих сосудов. Это говорило о том, что искусственное сердце мне тоже могло не подойти. Точнее только вскрытие покажет. Говорил он спокойно, но в глазах читалось напряжение — наверное, надеялся, что я в последний момент передумаю.

Но я не передумал.

Я только попросил, чтобы он сделал всё, чтобы она выжила, если что-то пойдет не так. Не нужно меня спасать, если вдруг станет такой выбор. Лиза важнее.

— Мне нужно пару минут, — сказал я, выходя в коридор.

Достав телефон, я сел в белое металлическое кресло и набрал сообщение Артуру:

«Я подошел. Иду на операцию».

Он прочитал, но не ответил.

Я задумчиво посмотрел на экран. Что-то внутри кольнуло.

Всё это время я думал о Лизе, о том, что сделаю всё возможное, чтобы она жила… но вдруг осознал, что она может проснуться и не узнать правду. Не понять, почему меня больше нет рядом, если всё пойдет по худшему сценарию.

Я впервые ни в чем не был уверен и не контролировал ситуацию. Риски слишком высоки. На кону наши жизни. Нет. Ее жизнь. Ее будущее и нашего сына.