Книга Лучшие бывшие, страница 26 – Лана Гетманцева

— Если бы ваш сын ждал моего приезда, то не зажимался бы по углам со всякими проститутками, — выпалила я на одном дыхании. Алина Валерьевна ахнула, прикрыв рот рукой.

— Думай, о чём говоришь, девочка. Мой сын не из таких. А если и имел место какой-либо неприятный инцидент, то может просто потому, что он уже ничего не испытывает к тебе и пора перестать обманывать себя, Милана? — Игорь Сергеевич противно улыбнулся и сел в машину. Ненавижу этого человека, и сына его ненавижу!

Алина Валерьевна расплакалась в попытках вытащить из меня хоть какую-то информацию. Но я упорно молчала, не желая ни с кем говорить. Тогда она сдалась, и всю обратную дорогу тихо всхлипывала на переднем сиденье, чем, кажется, очень сильно раздражала мужа.

— Милаша, не плачь, мой братик просто немного дурак. — Я тихо рассмеялась, крепче прижимая к себе малышку. Знала бы она, насколько он дурак.

Труднее всего было перестать общаться именно с Евой. За год, что мы с Росом встречались, я так привязалась к его младшей сестре, что со слезами на глазах прощалась с ней в машине у своего дома, когда мы вернулись в город. А малышка словно поняла, что мы больше не сможем видеться, устроила истерику и ни в какую не хотела меня отпускать. Всеми правдами и неправдами мне удалось отцепить её от своей руки. Пришлось дать обещание, которое я, конечно, не смогла выполнить.

— Я буду к тебе часто приходить, играть с тобой, читать сказки и заплетать косы, договорились? И начнём прямо завтра. До завтра ведь ты потерпишь? — Я сама едва сдерживала слёзы, но нужно было улыбаться, чтобы Ева успокоилась.

— Обещаешь? — спросила кроха.

— Обещаю, — сказала я.

Алина Валерьевна с грустью посмотрела на меня и попрощалась. Я кивнула женщине и вышла из машины. Они сразу уехали, а мне было тошно заходить домой. Слушать расспросы родителей о том, как прошла поездка, присяга и наша долгожданная встреча с Росом было невыносимо. Я позвонила единственному человеку, который мог меня понять, утешить и успокоить в тот момент.

— Ксю, можем увидеться?

— Конечно. А что случилось? — встревоженно спросила подруга.

— При встрече расскажу.

Я позвонила родителям из автобуса. Сказала, что договорилась погулять с Ксюшей и буду поздно. Надеясь, что к моему возвращению родители уже будут спать. Мама вроде бы заволновалась сначала, но я смогла убедить её, что всё в порядке.

Мы пересеклись с Ксю на набережной, и тогда я уже не сдерживалась и рыдала в голос. Подруга была в шоке от своего двоюродного брата. Она затащила меня в первую попавшуюся кафешку, заказала чай с ромашкой и попросила плед, потому что меня всю трясло.

— Это же надо такой сволочью быть. Не ожидала от него, — грустно вздыхала Ксю.

— Ты прости, что я вытащила тебя из дома. Не хочу родителям в таком состоянии показываться. Начнутся вопросы, а я не могу… Не сейчас…

— Не бери в голову, всё в порядке. Мать ещё утром куда-то свалила, так что я предоставлена самой себе минимум до завтрашнего дня.

— Спасибо, — жалким голосом выдавила я и прижалась к подруге.

Расставание всегда дерьмовая вещь. Будь оно обоюдным и без скандалов, или с ненавистью и битьём посуды. Родной и любимый человек получает новый статус в твоих глазах —бывший. Едкое слово, которое будет бередить старые раны каждый раз, как его будут произносить. Это определение получил и Ростислав Бертов.Бывший. И в этом слове было всё. Наша любовь, первые нежные объятия, первый несмелый поцелуй. Первое свидание и первая ссора. Общие мечты и цели. Всё это было собрано в коробку и подписано одним словом. И доставать эту коробку я не собиралась. Но содержимое вывалилось наружу стоило Бертову вновь появиться в моей жизни. Теперь мне нужно было оперативно засунуть всё обратно и намертво заклеить скотчем, потому что с бывшими только так и надо. Иначе есть вероятность снова попасть в капкан собственных чувств и захлебнуться воспоминаниями из прошлого. А мне это не нужно.