Книга Принцип неизбежности, страница 106 – Алина Аркади

— Предполагаю, ты позвонил отцу.

— Обрисовал ситуацию. Парето нотаций читать не стал, понимая, что ни хера хорошего дома меня не ждёт: либо сяду на иглу, либо сгину. Через месяц отзвонился, сказал, что замолвил словечко. Кстати, Глоком я стал с его подачи. Он фактически мою судьбу определил. – Лев усмехается, щёлкая меня по носу, а затем целуя в макушку. – Первые два заказа запорол, но выкарабкался без проблем.

— Твой отец за тобой прибрал, – выдаю Льву полученную ранее информацию от Игнатова.

— Серьёзно? Что ж, мой старик вовремя подсуетился. А я не знал…

— Он не плохой, Лев, и всегда тебя любил несмотря ни на что. Просто хотел хоть иногда тебя видеть и знать, что его ребёнок в порядке.

— Знаю.

— Ты можешь всё исправить, – ловлю его взгляд, фиксируя на себе. – Пойди с ним на контакт. Я не призываю бросаться ему на шею, но для начала можно просто поговорить. Знаешь, высказанные переживания облегчают душу и позволяют очистить мысли.

— Тебе точно нужно было учиться на мозгоправа. – Смех с нотками грусти, которой Лев прикрывает согласие с моим мнением.

— Если что-нибудь случится, он единственный, кто будет бороться за тебя. И я. Если позволишь. – Прикасаюсь к сухим губам, вложив в простое действие болезненный крик, разрывающий изнутри. – Позволь кому-нибудь стать частью твоей жизни. Найди своё место.

— Знаешь, есть такая игра: все вокруг стульев бегают, потом садятся, а одному стула не хватает. Так вот, этот «один» – я.

— Ты не понимаешь смысла игры, Лёвушка. Суть не в том, что занять свободный стул, а в том, чтобы кто-то предложил тебе половинку своего. Только так правильно.

— Предлагаешь мне половинку своего стула?

— Да, – отвечаю не задумываясь, понимая, что именно в эту секунду мы обсуждаем нечто большее, чем детскую забаву.

Я только что открытым текстом предложила Льву себя. Возможно, слишком навязчиво, но мне хочется, чтобы мужчина меня услышал и понял, что всегда можно остановиться, развернуться и направиться в другую сторону. И если двигаться не в одиночку, жизнь становится проще и счастливее.

— Ты ведь понимаешь, что заслуживаешь большего? Не думаю, что потрёпанный жизнью киллер – предел твоих мечтаний. У тебя впереди целая жизнь, а я большую часть своей уже протопал.

— Если кто-то выбирает и принимает тебя фатально, без условий, находит общий язык с твоими демонами, дополняя своими, и образует тем самым идеальный тандем, стоит задуматься, возможно, у тебя уже есть то, к чему ты шёл. Иногда мечты сбываются, только мы этого не замечаем. Нам всегда мало.

— А тебе будет достаточно меня? – Лев подминает под себя, неожиданно оказавшись сверху и придавив немаленьким весом. – Просто меня. Вот такого, какой есть.

И если это игра, то я уже победитель и стала им, когда не отказалась помочь раненому.

— Я здесь, с тобой, не бегу и не отворачиваюсь, – приближаюсь к его губам, заигрывая, но не позволяя завладеть своими. – Значит, я уже согласна.

— Дура ты, Дефектная, – горько усмехается. – Не понимаешь, на что соглашаешься.

— Я…

Не успеваю возразить, как дикий шторм набрасывается на мой рот и практически насилует его. Жадно пьёт одно на двоих дыхание, поглощая и не позволяя прерваться. Кожей чувствую изменения, словно сейчас он берёт то, что является его по праву, безоговорочно. Но я ведь сама дала согласие, подарив себя тому, кто этого, скорее всего, не заслуживает. Но, увы, ум обманывает, отключив психологическую защиту, фильтры и субъективные критерии, и ты больше не анализируешь, не делаешь выводы. Отбрасываешь наносное, высматривая за показной чёрствостью и стёбом душу, желающую тепла. Слова не расскажут правду, нужно чувствовать сердцем. И я чувствую, что внутри Льва начинаются изменения и рушатся стены, а то, с какой жадностью он сминает моё тело и прерывисто дышит, не даёт в этом усомниться.