Книга Принцип исключения, страница 103 – Алина Аркади

— Гера, не выёбывайся. У меня раненый.

Слышу гортанный стон, после которого Чайник всё же позволяет оказаться на его территории. Не успев выйти из машины, слышу маты, перемежающиеся с выкриками Геры, который несётся на меня, размахивая руками. Но как только замечает Островского, которому я помогаю вылезти, затыкается и теряет дар речи.

— Добрый вечер, Константин Сергеевич, – отвешивает поклон, выказывая уважение Косте, не смея послать к херам так же просто, как и меня.

— Он станет добрым, если ты его подлатаешь, – намекаю, чтобы Чайковский помог переместить Костю в подвал.

Тащим обмякшее тело в операционную, и, едва укладываем на стол, доктор приказывает оставить его в одиночестве, заверив Тасю, что с её отцом всё будет хорошо. Мелкая упирается, желая принимать непосредственное участие, но я всё же уговариваю её позволить сделать доктору его работу.

И вот уже час измеряю комнату шагами, пока Тася плещется в душе, смывая события последних отвратительных дней и следы прикосновений Лёни, посмевшего приблизиться к ней. Как только красавица заговорила о нём, реакция не заставила себя долго ждать, а мои глаза, налившиеся кровью, испугали Тасю. Я всё же надеюсь, что Кир отыгрался на нём по полной, заставив урода пожалеть о каждой женщине, возникшей на его пути.

Но, видимо, время, проведённое в душе наедине с собой, не принесло желаемого эффекта, потому что передо мной Тася, переминается с ноги на ногу, стирая мокрые дорожки с лица и сжимая на груди полотенце. Ей потребуется время на восстановление, и я непременно его предоставлю.

— Как папа?

— Гера закончил. Отдыхает, утром сможешь к нему сходить.

Мнётся, но затем приближается, оставляя влажные следы на паркете.

— Звонов сказал, что ты мой муж… – сдавленно шепчет, терзая нижнюю губу белыми зубками.

— Не соврал, – выкладываю перед ней свидетельство, которое на днях вручил мне Островский. – Но ты можешь сослаться на подделку документов и расторгнуть брак. По факту ни ты, ни я его не подписывали, и если…

— Нет. – Тася обрывает пламенную речь, подойдя вплотную и уткнувшись лбом в мою грудь. – Но тебе будет со мной скучно.

— Думаю, будет весело, тепло, иногда непонятно и даже страшно, но точно не скучно, – издаю короткий смешок, вспоминая резкую картинку девушки с оружием в руках, и целую её в макушку, не решаясь позволить себе большего. – Не думал, что ты выстрелишь в Звона.

— Лет десять назад мы гуляли по ярмарке, и я увидела в тире невероятного розового слона, который стоял на самом верхнем ярусе. Естественно, я промахнулась, а папа выбил все цели, добыв игрушку. Затем мы пошли туда снова. И ещё раз, и ещё… А в двенадцать он отвёл меня в стрелковый клуб, который с того самого момента я посещала несколько раз в месяц, научившись обращаться со всем, что стреляет. Аню он отправил туда в десять. Я спрашивала зачем… Папа ответил, что когда-нибудь нам пригодится этот навык. Однажды перед каждым из нас встаёт выбор, когда мы становимся вершителями не только своей судьбы. Но так легко рассуждать о том, как сделать правильно, когда выбор стоит не перед тобой… Скажи, я сделала правильный?

— Несомненно, – поднимаю милое личико, желая стереть из памяти Таси воспоминания последних дней. Я горжусь ей. И Островский должен. – Но придирки Кости были лишними.