Книга Пышка против регламента, или Боссу нельзя смеяться, страница 90 – Алекс Скай

— Я видела файл.

— И?

— Рогов не просто сволочь. Рогов сволочь с разделами и подзаголовками.

— Это хуже?

— Значительно. Сволочь без структуры проще победить.

Варя положила сумку на стол.

— Презентация готова?

— Я проверила последние правки. Всё идеально.

— Идеально — опасное слово.

— Хорошо. Всё настолько хорошо, что даже Марк Громов не нашёл бы, к чему придраться.

Варя помолчала.

Лиза вздохнула.

— Прости.

— Ничего.

— Ты правда после презентации подашь заявление?

Варя посмотрела на прозрачную папку в сумке.

— Да.

— Даже если всё прояснится?

— Лиза, тут прояснилось больше, чем хотелось. Марк не знал, что Степан принесёт мне папку, допустим. Марк не утверждал кампанию с моим образом, допустим. Но Степан смог сыграть на том, что я сама боялась оказаться для Марка проектом. И сыграл не на пустом месте.

— Он сыграл на старой ране.

— И Марк вчера добавил туда деловой термин.

Лиза поморщилась.

— Ненавижу, когда мужчины рушат отношения существительными.

— У нас не было отношений.

— Варь.

— Не было.

— Хорошо. Ненавижу, когда мужчины рушат потенциальное счастье существительными.

Варя посмотрела на подругу.

И, как ни странно, рассмеялась.

— Ты невозможная.

— Я держу атмосферу, пока ты собираешь внутренний бронепоезд.

— Спасибо.

— Не за что. Только пообещай мне одну вещь.

— Какую?

— Если Степан сегодня попытается ударить по тебе публично, не закрывайся шуткой первой. Сначала бей фактами. Потом уже шуткой, если захочешь.

Варя медленно кивнула.

— Хорошо.

— И второе.

— Было одно.

— Бухгалтерия допускает уточнения.

— Говори.

— Не отдавай ему свою силу. Ни Марку, ни Степану. Она твоя.

Варя ничего не ответила.

Просто обняла Лизу.

Коротко.

Крепко.

Потом отпустила и сказала:

— Всё. Пора спасать контракт компании, из которой я собираюсь уйти. Великолепная логика дня.

— Это называется профессиональная гордость.

— А я думала, упрямство.

— Разные отделы одного здания.

В десять ноль пять Марк Громов вошёл на тридцать седьмой этаж.

Варя почувствовала это до того, как увидела.

Офис выпрямился не весь сразу, а волной. Сначала кто-то замолчал у кофейной зоны, потом Артём резко перестал рассказывать что-то коллеге, потом Лиза посмотрела за Варину спину и сделала лицо: «Дыши. И не бросай в него флешку».

Варя повернулась.

Марк шёл между рабочими столами без свиты, без Елены Викторовны, без привычного сорокового этажа вокруг себя. В тёмном костюме, собранный, строгий, но сегодня в нём была какая-то неровность. Её увидел бы не каждый. Может, никто, кроме Вари. Но она увидела: он не просто пришёл за документами. Он пришёл к ней.

Это было некстати.

Сердце не имело права реагировать на некстати.

— Варвара Андреевна, — сказал он, остановившись у её стола.

Она поднялась.

— Марк Романович.

Между ними будто снова поставили стеклянную стену.

Только теперь оба знали, что она есть.

— У нас десять минут, — сказал он. — Нужно поговорить.

— Нет.

Офис вокруг сделал вид, что не слышит.

Получилось плохо.

Марк чуть изменился в лице.

— Это важно.

— Презентация важнее.

— Презентация через двадцать пять минут.

— Именно. Поэтому я не буду тратить десять из них на разговор, который вы могли начать вчера до того, как решили, что мне показывать.

— Я не решил за вас сегодня. Вы получили файл Рогова.

— После того как вы нашли моё заявление.